Портал молодых писателей Youngblood.ru Редакторы рекомендуют:
Портрет Друга (эссе)
Разум по братьям (фэнтези и фантастика)
ВСЕ ОПРАВДАНО (стихи)
Каллы не вянут, они засыхают. (эссе)
Тайная жизнь моего компьютера (фэнтези и фантастика)
Хроника глобального бреда - кн.1, ч.2 (фэнтези и фантастика)
Повесть - новости (проза)
вход на сайт
    
регистрация
расширенный поиск
Новости Youngbloob в RSS-формате
О проекте
Произведения
Общение
Справочники

с миру по нитке

Афоризм дня

"Сначала думать, потом говорить" - девиз критики; "сначала говорить, потом думать" - девиз творчества

(Эдуард Форстер)

Rambler's Top100







Youngblood

Пепел 03

Гид>

Вы - 1042-й читатель этого произведения

Пепел
повесть

«Впервые я увидел ее на улице, в толпе. Не знаю, бывает ли такое, но со мной случилось: я понял, что должен догнать ее, познакомиться, не зная даже, зачем. Просто так нужно. Я не мог дать ей уйти. Я пошел против людского потока, сталкиваясь с кем-то, спотыкаясь, слыша сердитые оклики, но догоняя ее, не теряя из виду ее серых волос. И я бы догнал ее, но она перешла дорогу на желтый свет, а я – уже на красный – не решился последовать за ней. Так я ее потерял. Может быть, все это звучит глупо, но я растерялся. И что только стоило мне окликнуть ее? Но ведь я не знал имени, и сейчас не знаю… тогда я ни о чем не думал. А, может быть, мне нужно было пройти за ней два квартала, чтобы понять: наши пути еще пересекутся? Я не верю в провидение, но…
Тогда я долго пытался найти ее, пытался крайне бестолково и непоследовательно, и, естественно, не нашел, ведь я не видел даже, в какую сторону она пошла. Я чувствовал легкую обиду – представьте себе, на судьбу».
Так записал на листе бумаги Алексей, потом смял этот лист и бросил его в корзинку для бумаг. Карандаш всегда помогал ему избавиться от лишних, с его точки зрения, мыслей. Произошедшее не давало ему спать этой ночью, и это заставило его описать случившееся вчера, чтобы увидеть происходящее «со стороны».
Хотя и немного, но стало легче. Он даже улыбнулся своим действиям.
Но свое отношение к произошедшему он так и не мог «нащупать», и для этого взял второй лист бумаги. Нарисовал два женских портрета (коряво, но качество не имело никакого значения) и тщательно их сравнил. Поскольку первый «портрет» был повернут затылком, особых результатов это дать не могло, но Алексей, тем не менее, начал понимать, в чем дело. Нарисовал много-много людских голов и среди них – тот же затылок. Нет, не то. Но осознание пришло.
Все просто. Он еще никогда не видел человека, который, внешне оставаясь в толпе, так заметно от нее отстранялся. Он полетел за незнакомкой, как бабочка на огонек в ночи. Только и всего. Но между ним и бабочкой была разница: раз обжегшись в детстве, он больше рук в огонь не совал, а у бабочек второго раза не бывает. Они сгорают сразу. Может быть, так даже лучше. Честнее.
Алексей посмотрел на часы: едва перевалило за полночь. Но спать не хотелось. Он встал, достал из шкафа лучший костюм, подошел к ним к зеркалу и, посмотрев на себя, с улыбкой прищурился, найдя еще одну причину своего поступка: уже почти месяц не было видно Лис («Лис» Алексей называл девушку). Они вместе часто ходили в город по ночам.
Через полчаса он был готов к прогулке. Перед тем, как уйти, посмотрел в окно. Город не терялся в ночной темноте – напротив, он выделялся и нее как сиянием своих огней, так и уютным для привычного человека шумом, не прекращающимся ни днем, ни ночью. Алексей еще раз посмотрел в зеркало, выключил настольную лампу и вышел из квартиры.
На улицах было приятно свежо, поэтому улицы были совсем не пустынны. Ночью люди могли отдохнуть от дневного зноя.
В сознании Алексея непроизвольно мелькнули три альтернативы: пойти в самую грязную забегаловку и крепко напиться, или просто походить по улицам, или пойти в более-менее приличный ресторан или клуб и поразмышлять там о смысле жизни. Первый вариант он отмел сразу же, как ненужный и вовсе не выразительный, третий отложил на то время, пока таковой клуб или ресторан не встретится. Алексей не спеша пошел по тротуару, ни о чем не думая (а иногда очень приятно ни о чем не думать… только не нужно так делать всегда) и наслаждаясь свежим воздухом.
Через десять минут Алексей увидел яркую вывеску слева и ощутил, что хочет зайти, чего и не преминул сделать.
Из соседнего зала была слышна довольно агрессивная, но, тем не менее, приятная даже для искушенного слуха музыка; по потолку ненавязчиво скользили в быстром вальсе три разноцветных огонька. Зал был освещен слегка недостаточно – не настолько, чтобы он казался очень темным, но именно в той степени, чтобы набросить легкий покров таинственности.
Алексей присел за столик, не имея никаких соображений по поводу своих дальнейших действий. Ему хотелось просто посидеть и посмотреть на людей. Но подошел назойливый (как показалось Алексею) официант, и пришлось заказать бокал вина. Получив заказ, Алексей понюхал темно-красную жидкость и стал рассматривать зал сквозь нее.
И тут он увидел Ее. Вздрогнул.
Он узнал ее не столько по внешности – ведь видел он ее всего один раз, да и то со спины, и не мог знать ее лица, - сколько по этой странной манере поведения, неуловимо выделявшей ее среди других людей.
Ее здесь знали. Это было видно по знакам внимания, которые ей оказывали – обычно так общаются с желанными постоянными клиентами. С ней здоровались, она отвечала на каждое приветствие небрежным кивком головы. И оператор освещения что-то сделал: огоньки с потолка спустились вниз, заиграли на ее пышных распущенных волосах, скользнули вдоль вечернего платья и вернулись на свое место.
Она все время улыбалась, иногда смеялась: так улыбаться, наверное, долго учатся хорошие ведущие различных программ. Наконец, очевидно, со всеми поздоровавшись, что-то заказала и присела за столик в противоположном от Алексея конце зала. Неожиданно для Алексея вдруг пристально посмотрела на него (именно на него), не переставая весело улыбаться.
Они смотрели друг на друга долго. Она жестом поманила Алексея. Он подошел вместе со своим вином и присел напротив нее. Она рассмеялась:
-А ведь я видела Вас вчера. Приятно, когда кто-то за тобой идет.
Алексей, открывший было рот для извинений, тут же их проглотил:
-Но Вы не остановились.
-А почему я должна была остановиться?
Алексей был сбит с толку этим, вполне естественным вопросом и не знал, что и ответить.
-Может быть, это было и к лучшему… - выдавил, наконец, он, - судьба…
-Что – судьба?
-Наша встреча, - ответил Алексей, - хотя я не верю в судьбу.
В это время собеседнице Алексея поднесли такой же, как у него, бокал вина.
-За нашу встречу, - сказала она, - я, поверьте, рада, что она произошла. Как Вас зовут?
-Алексей. А Вас?
-Меня зовут Веста. Родовое имя.
-То есть?
-Так звали мою мать, бабушку, прабабушку…
-Интересно. А если бы родился мальчик?
-Нет, - ответила Веста коротко.
-А как называли мальчиков, все-таки? – спросил Алексей настойчиво.
-Я же говорю, что мальчиков не было, - таким же настойчивым тоном ответила Веста.
«Но так ведь не бывает!» - подумал Алексей, разумеется, не начиная глупейшего спора.
-Веста… это богиня такая? Греческая?
-Индийская. Потанцуем? Но я люблю бальные танцы. Кстати, обожаю танцевать под Шуберта. Вы умеете танцевать?
-Несколько месяцев назад умел.
-Я тоже давно не танцевала, - сказала Веста, вставая, - но попробовать можно. Приятно, когда тебя понимают!
Хотя Алексей отнюдь не пылал страстью к вальсам Шуберта, но предпочел не высказываться на этот счет. А танцевать он и правда умел.
Он с Вестой вышел на танцевальную площадку. Им уступили место – точнее, наверное, уступили Весте. По ее же знаку была сменена музыка.
-Хорошо танцуете, - сказала Веста, смеясь. Она несколько оживилась, помолодела и смеялась все чаще, - давно не танцевала с таким удовольствием.
-Спасибо. Вы тоже прекрасно танцуете.
-Я Вам нравлюсь? – спросила Веста. Алексей поймал себя на мысли: «Она спрашивает не за тем, чтобы получить ответ на этот вопрос – она не может не нравиться, - а затем, чтобы увидеть, как я к ней отношусь… точнее, узнать, насколько близкой знакомой ее уже считаю, по моей реакции» и с ответом не спешил:
-Вы красивы, - медленно проговорил он, - и, по моему впечатлению, умны. Вы не можете не нравиться.
-Спасибо, - по тону Весты (несмотря на улыбку, довольно-таки равнодушному) можно было понять, что подобные слова она слышит не впервые. Нельзя было сказать также, каково ее мнение о реакции Алексея на вопрос.
-Не за что. Я сказал то, что думаю.
-Почему Вы пошли за мной тогда, на улице? – спросила Веста, продолжая улыбаться, но менее открыто-дерзко, чем при предыдущем вопросе, в ее голосе читался интерес.
-Мне сложно сказать… если Вы хотите, чтобы я был откровенен… - лишь дождавшись легкого кивка Весты, Алексей продолжил. – Это была интуиция. Как бы объяснить мои ощущения? Вы, честное слово, выделялись. Вы просто шли и, казалось, ничем не отличались, но при этом все-таки выделялись из толпы. Меня охватил интерес к личности – я так точно объясняю, потому что долго над этим размышлял, - к личности, которая может отрешиться от людей настолько, что это легко чувствуешь даже в толпе, к личности, наверное, сильной, но одинокой.
-Почему «но одинокой»?
-Такое у меня сложилось впечатление, когда я увидел Вас впервые. Поправьте меня, если я ошибся.
-Вы ошиблись в употреблении союза. Нужно говорить «и одинокой». Одиночество личности не противоречит ее силе, наоборот (я не о себе говорю, а вообще). Сильная личность не может не быть одинокой.
-Интересная мысль. Но не новая.
-Я не претендую на авторство.
-Если можно Вас попросить… откровенность за откровенность.
-Спрашивайте.
-Почему Вы сегодня позвали меня?
-Тому несколько причин, и, чтобы Вас не разочаровывать, самые прозаичные я не назову. По сравнению с Вашей интуицией они смотрятся бледно. Итак, первая причина: мне показалось, что Вы за мной следите. Вторая: нечасто в этом городе встретишь дважды за сутки человека, который может так просто пойти за тобой на улице, - Веста говорила это, смеясь, то ли так просто, то ли над Алексеем по каким-то непонятным ему причинам; второе предположение немного выбивало его из колеи.
Вальс кончился, но они с Вестой сделали еще два круга в тишине, затем серьезно поклонились друг другу и вместе рассмеялись.
-Пойдемте на улицу, - предложила Веста.
-Пойдемте.

…-Я люблю раннее утро, - говорила Веста, - или позднюю ночь. Когда еще несколько часов до восхода солнца, но горизонт уже светлеет, и мелкие звезды одна за другой начинают исчезать, остаются только самые крупные и красивые. Таким утром всегда тихо, только кое-где еще покрикивают ночные птицы, или уже дневные, проснувшиеся слишком рано. Я люблю шелест листьев под окном…
-Здесь, в городе, всегда шумно, - ответил Алексей. Лишь через несколько секунд он понял, что Веста указала ему, что живет за чертой города, и он не мог понять, сделала ли она это случайно или с какой-то непонятной целью.
-Что же, в этом есть своя прелесть, - задумчиво сказала Веста, - я люблю полночный город.
-Вы часто бываете в этом заведении?
-Очень. Вы заметили, как ко мне обращаются?
-Да. Как к очень хорошему постоянному клиенту.
-Просто я всегда сорю у них деньгами. Они все готовы мои следы целовать за это. Хотя, может быть, некоторые просто считают меня другом.
-А это и в самом деле так?
-Нет, конечно. Я разборчива в выборе друзей.
«Что-то я не понимаю, - подумал Алексей, - а что сейчас происходит?»
-Вы приезжаете в город одна?
-Да. А почему Вы спрашиваете?
-Не боитесь ходить по городу ночью?
-Нет, - Веста засмеялась, - я, знаете ли, быстро бегаю. А если быть серьезной, - смеяться она, впрочем, не перестала, - то я приезжаю на машине. Бояться нечего. Где Вы живете?
-Довольно далеко. Там, - Алексей сделал жест рукой, указывая, что его дом остался позади.
-Не пригласите меня в гости? – спросила Веста, дьявольски улыбаясь. Алексей посмотрел на ее улыбку и покачал головой:
-Нет. По крайней мере, не сегодня. А Вы все время улыбаетесь?
-Только при посторонних, - Веста провела пальцами по губам, будто бы смахнув улыбку, и ее лицо переменилось. Постоянное веселье исчезло, и теперь, исчезнув, казалось ненастоящим, фальшивым. Веста стала похожа на нормального человека. Точнее, стало казаться, что до этого момента она была непонятной, почти что сумасшедшей.
-Удивительно свежий воздух, не правда ли? – спросила она, вдохнув полной грудью.
-Да, здесь, ближе к окраине, так. Днем, правда, слишком жарко. А в центре смог, и кажется, что трудно дышать.
-И все это сделали люди, - сказала Веста. Она сказала это со странной интонацией, будто бы своей фразой раз и навсегда констатируя порочность рода человеческого, ни осуждая, ни огорчаясь. Алексею это показалось почему-то забавным, и он улыбнулся.
-Вернемся, - предложила Веста.
Алексей с сожалением кивнул. Хотелось еще поговорить, но он чувствовал, что у них осталось уже маловато «точек соприкосновения», и ему нужно было время, чтобы… кроме того, он просто устал. Может быть, от Весты.

Будильник. Звонок. Другой. На третьем Алексей окончательно проснулся и выключил противный механизм. Рывком сел на кровати.
Все смешалось в его памяти. Он с ужасом понял, что с трудом отличает сон от действительности. Необходимо было что-то с этим делать, и он воспользовался блокнотом, записывая в него события в хронологическом порядке.
Кажется, они с Вестой еще немного поговорили. Потом играли в бильярд, причем Веста всегда выигрывала, потом снова танцевали, и Веста даже… нет, нет, это было уже во сне. Кажется, он проводил Весту до машины, она предложила поехать к ней… нет, это во сне. В жизни она попрощалась и уехала… нет. Не так. Он же не видел ее машины на самом деле, значит, не мог ее провожать…
Все, все смешалось! «Это она сделала», - пришла в голову Алексея дикая мысль, причем он со странной гордостью за нее ухватился. Сам того не осознавая, он скучал по Весте, однако он осознавал другое: встреться он сейчас с Вестой, он не сможет с ней говорить – не о чем. Она испугала его, может быть, явившись во сне и перемешав этот сон с былью. Не понимая, почему, он боялся, боялся встречи с ней так безотчетно, как дети могут испугаться своей же игрушки в темноте, корни этого страха были не здесь и сейчас, и не во вчерашнем дне, не в современности и не в этом городе, а где-то в далеком прошлом, прочном, незыблемом, как и все, давным-давно исчезнувшее с лица земли, не оставшееся даже в памяти людей… в прошлом, не идущим на компромиссы с человеческими желаниями.
В прошлом… наконец-то мысль Алексея, оттолкнувшись от слова «прошлое», заработала правильно, последовательно: причина-следствие и последствия следствия. Пытаясь сохранить чувство реальности и не упасть в наплывающие со всех сторон мысли о Весте, почему-то темные, удушливо-средневековые, он попытался что-нибудь вспомнить и вспомнил: «Это наше родовое имя. Так звали…»
Алексея передернуло: «Она заполнила все мое сознание… почему? Может быть, потому что я вижу за ней что-то темное, удушливо-средневековое, и не могу понять, что это такое? Если бы мы жили несколько веков назад, ее, конечно же, сожгли бы, я сам бы сжег, потому что она заполнила все мои мысли…Веста, Веста… какой-то замкнутый круг, какое-то проклятие на этом имени. Она меня не покидает… и, может быть, не покинет, пока я что-то не изменю».
«Прекратить! - скомандовал он сам себе. – Если она и заполнила твое сознание, то только потому, что ты сам этого захотел, и на возвращение в норму нужно время. Пока ты сам этого не захочешь, она тебя не оставит. Но ты, конечно же, не захочешь, пока что-нибудь не разгадаешь или не изменишь… а что менять-то знаешь? А есть ли что-нибудь, что можно разгадать? Тоже мне!»
Тут Алексей понял, что он сделал глупость. Даже две. Первая: забыл спросить, где живет Веста. Вторая: наверняка сказал вчера что-нибудь лишнее. А сейчас чуть было не совершил и третью: начать искать загородный дом Весты.
«Ну нет, не начнешь», - Алексей для надежности вновь обратился к себе с приказом. В приказном же порядке заставил себя встать, опрокинул на голову кувшин холодной воды, вроде бы, начиная просыпаться. По крайней мере, сон уже не так перемешивался с явью, хотя достоверность некоторых фрагментов памяти Алексей до сих пор не мог ни подтвердить, ни опровергнуть.
«Какое счастье, что сегодня воскресенье, - подумал он, - я бы не смог работать при таком отвратительном ощущении действительности».
У него появилась идея, как избавиться от избытка мыслей. Он взял лист бумаги, и тот был непроизвольно заполнен записями, узорами, набросками, в уголке появился ужасно исполненный портрет Весты. Это все, в некоторой степени, помогло: голова стала совершенно пустой. Алексей попытался о чем-нибудь подумать, и не смог. Все его мысли выходили на какого-то крокодила и на этой рептилии обрывались. Он нарисовал крокодила. Это помогло от него избавиться, но на замену ничего не пришло.
Алексей посмотрел в зеркало и в сердцах махнул рукой на свое отражение. Взмах получился неудачным: отражение вздрогнуло, как от обиды, и дало трещину. «Плохая примета, - подумал Алексей. – И черт с ним». Больше оставаться дома он не мог. Ему нужен был свежий воздух.
Наспех одевшись, он вышел на улицу и, опустив голову, побрел вперед. Куда – ему было все равно.
Церковь. Или, скорее, даже храм. Он неожиданно возник перед Алексеем, погруженным в свои думы, или, точнее, в их отсутствие. Путь преградили белые стены. Алексей поднял голову и посмотрел на золотые купола, уходящие ввысь. Казалсь, он был почти удивлен, что не увидел Бога, сидящего на ближайшем облаке. Алексей улыбнулся и хотел было войти внутрь, сам не зная, зачем, но первая за этот день «нормальная» мысль остановила его: «Наверное, воскресная служба». Он присел на скамеечку неподалеку, все более уходя в себя.
Краем глаза он заметил, как из храма вышла пожилая женщина с двумя маленькими детьми: мальчиком и девочкой. «Где-то я ее видел, - подумал он. - Где же? Нужно вспомнить». Ясность мыслей постепенно возвращалась к нему. Женщина подошла и села рядом с ним, посадив детей на колени (они, впрочем, долго не усидели).
-Мы знакомы? – спросил Алексей, вглядываясь внимательно в лицо женщины.
-Мне тоже так кажется… Алексей Генна...
-Антонина Павловна! – воскликнул Алексей, обрадовавшись не столько встрече с женщиной, некогда чуть было не ставшей его крестной матерью (чуть – потому, что его так и не крестили), сколько вернувшейся памяти.
Антонина Павловна была подругой его покойной матери. Ей сейчас было лет пятьдесят пять, немного больше, чем было бы умершей.
-Да, я Вас помню, - ответил Алексей на монолог женщины, успевшей вспомнить все его похождения начиная с двух месяцев от роду. Это Ваши внуки?
-Так, - Антонину Павловну, очевидно, смущал суховатый тон Алексея, - Вика! Генри!
-Кто имена придумывал? – спросил Алексей сам у себя. – Нет, не зовите их, - но дети уже подошли. Пришлось поздороваться и сказать каждому что-нибудь хорошее, прежде чем они снова убежали играть.
-Вы часто ходите в церковь? – спросил он у Антонины Павловны. Вообще-то, насколько он ее помнил, она была очень набожна.
-Каждое воскресенье. А Вы?
-Вообще не хожу. Вы в Бога верите?
-Верила в детстве.
-Понимаю. Сила привычки. А я верю. В детстве не верил, а сейчас верю. Но зачем Вы детей-то водите в церковь? Думаете, им нужна Ваша религия?
-Хуже не будет, - вздохнула Антонина Павловна.
-Как знать, - пожал плечами Алексей, - по-моему, о них можно не беспокоиться. Когда они вырастут, сами придумают себе религию и еретиков найдут… а, впрочем, не мне Вас учить. Мне пора, - Алексей встал, не желая продолжать бессмысленный разговор, - было очень приятно поговорить. До свидания.
«Как все-таки тесны мегаполисы!» - подумал он, удаляясь от яркой скамейки.
Свежий воздух взбодрил Алексея, и чувство реальности происходящего вернулось. Правда, сном стала казаться вся прошедшая ночь, но это особого значения не имело: «Жизнь, ну что ты, как не сон?» - подумал Алексей, улыбаясь своему разбитому отражению. Он хотел убрать зеркало, но тут в дверь позвонили.
«Кого принесла нелегкая?» - подумал он, причесываясь и почти с ужасом вспоминая свое утреннее состояние. В каком виде он вышел на улицу! Что подумала о нем Антонина Павловна? Впрочем, его это ничуть не волновало.
-Веста попросила меня передать Вам эту записку, - сказала Алексею вошедшая девушка лет двадцати, заходя беззастенчиво в его квартиру и чего-то дожидаясь.
Алексей развернул сложенный вчетверо листочек и прочитал: «Приглашаю Вас на небольшую вечеринку, которую для меня устраивает мой муж. Заодно и познакомитесь с ним. Доставит Вас ко мне на моей машине моя подруга, от которой Вы получили записку. Ее зовут Мария. Возражения не принимаются. Форма одежды: лучше фрак (Вы понимаете меня). И не заставляйте девушку долго Вас дожидаться».
«Ничего себе», - подумал Алексей, автоматически кивнув Марии на кресло:
-Присядьте, подождите здесь, - и только сделав это, он осознал, что теперь как-нибудь сплавить гостью стало уже едва ли возможно.
«Придется ехать. А у меня лучший костюм, - он достал из шкафа тот, в котором провел ночь, и, покачав головой, повесил обратно, - не в лучшем виде. Ну и черт с ним, надену другой. А девушку я все-таки заставлю подождать…»
Он нарочито не спеша побрился, долго-долго выбирал рубашку и завязывал галстук. «Пиджак возьму с собой, - подумал он, - сейчас еще жарко, но, кажется, скоро будет дождь».
-Пойдемте, - сказал он Марии, откровенно скучавшей, дожидаясь его, - простите, что заставил ждать, - добавил он с искусно скрытым злорадством.
«На самом деле, - сказал он себе, - ты просто пытаешься доказать, что не прилетишь к Весте по первому зову, причем непонятно, зачем ты это делаешь, особенно если учесть, что ты сам прекрасно знаешь: не прилетишь. Если не захочешь».
Сделав такой вывод и поняв, что его действия крайне нелогичны, Алексей мысленно извинился перед Марией и, пока они спускались, краем глаза оглядел ее. Девушка, безусловно, была гораздо моложе Весты, тоже была очень красивой и аристократичной, но, тем не менее, Алексей подумал: «Ни в какое сравнение не идет. Очень неестественна. Вот Веста умеет казаться как царицей, так и последней из рабынь, и это не доставляет ей видимого труда… жалкая подделка» Впрочем, он тут же понял, что его снова куда-то заносит, и, поразмыслив здраво, решил, что Мария очень мила.
Внизу их ждала машина Весты, рассчитанная, максимум, на двух человек, жутко спортивная и, наверное, просто кошмарно дорогая. Алексея несколько удивило сначала то, что любительница Шуберта катается на современных гоночных машинах, а через секунду и другое: «Насколько я успел понять, она нигде не работает. Ее обеспечивает муж. Подпольный миллионер, что ли?»
Заметив его взгляд на машину, Мария ответила на первый вопрос:
-Веста не очень любит машины. Это я выбирала по ее просьбе. За это она часто дает ее мне напрокат совершенно бесплатно. Мне нравится. Садитесь. И пристегните ремни.
Алексей всерьез опасался, что Мария вдарит под двести километров в час и тем самым поставит и свою и его, Алексея, жизнь под непосредственную угрозу: «Мало ли чего можно ожидать от друзей Весты!» Однако его опасения оказались беспочвенными: Мария хотя и вела машину очень жестко на разгоне и торможении, но правила – стиснув зубы – не нарушала. Почти. То есть, всегда превышала скорость ровно на пять километров в час и проходила повороты, не тормозя, благо ограничения скорости и класс машины это позволяли. Алексей был искренне рад, что не завтракал.
По дороге он не рисковал отвлекать Марию расспросами, но когда они за рекордный срок, объехав все пробки, выехали из города и остановились у уютного особнячка, ему уже ничто не мешало узнать хотя бы немного:
-Вы давно знаете Весту?
-Года четыре. Для меня – порядочно.
-И что Вы о ней думаете?
-О друзьях плохо не говорят, тем более – заочно. Она иногда странная.
-Я заметил.
На этом беседа оборвалась, поскольку ее предмет вышел из дома, чтобы встретить гостей.
Веста была (Алексей поспешил добавить про себя: «Как всегда») великолепна. Поскольку при строгом сравнении красота Марии рядом с красотой Весты и правда мало чего стоила, Алексей решил их не сравнивать.
-Я рада, что Вы приехали, - сказала Веста, и Алексей не мог понять, на самом ли деле она рада или сразу же знала, что он не может не приехать, - Мария, переоденься, хорошо? Скоро соберутся все.
Спутница Алексея кивнула и поднялась наверх. Сама-то Веста уже нарядилась бальное платье, добавив к довольно строгому крою перчатки и шарф.
-Я покажу Вам дом, - сказала Веста, беря Алексея под руку, - пойдемте. Там, за домом, сад, сейчас мы туда не пойдем, - она открыла зеркальную дверь и ввела Алексея в особняк, - это прихожая. Муж перестарался – многовато позолоты. А вот и он сам. Алексей, познакомьтесь – мой муж, Владимир. Мой муж Владимир, познакомьтесь – это Алексей.
Алексей ненавидел знакомиться с мужьями через их жен. Но этот невысокий пожилой человек (Алексея неприятно удивило то, что он лет на пятнадцать-двадцать старше Весты) с первого взгляда так понравился ему, что он позабыл о своих предубеждениях:
-Мне очень приятно.
-Мне тоже, - сказал Владимир, слегка поклонившись; под его седыми усами обозначилась улыбка.
-Пойдемте, - потянула Веста Алексея, - по лестнице. Нет, подождите, сначала взглянем вот туда – это выход в сад. Налево – гостиная, направо – спортзал. Теперь дальше.
-Твой муж здорово смахивает на Эйнштейна, - заметил Алексей, - как того рисуют на картинках. Очень обаятельный. Поздравляю.
-Может быть… - сказала Веста, и Алексей почувствовал, что тема ей неприятна, - по этому коридорчику – комнаты Владимира.
«Проще всего было бы объяснить дело разницей в возрасте, - подумал Алексей, - она его, очевидно… не любит, скажем помягче».
…-Прямо – моя комната. Да, кстати, в саду, под навесом, еще бассейн есть – потом покажу.
Из комнаты Весты вышла Мария, тоже приготовившаяся к вечеру.
-Во вкусе вам обоим не откажешь, - заметил Алексей как бы невзначай. Реакция Марии была однозначна и ожидаема: ей комплимент был приятен, - Веста же лишь бросила на Алексея странный взгляд.
-Машина, - сказала она, - слышите?
-Это Павел, - ответила Мария.
-Я встречу, - Веста отпустила локоть Алексея и быстро, но очень плавно побежала вниз по лестнице, - займитесь пока чем-нибудь.
-Кто такой Павел? – спросил Алексей у Марии, когда Веста вышла из дома.
-Мой бывший друг.
-Почему бывший?
-Как я сказала, о друзьях плохо не говорят… даже и о бывших.
«Сколько секретов!» - возмутился Алексей, вслух же ответил:
-Понял. Молчу. Веста давно замужем?
-Лет пятнадцать. Может, поменьше. Она ведь старше нас. Когда ей было столько, сколько мне сейчас, я еще в пеленках кувыркалась.
Проснувшееся воображение Алексея быстро нарисовало ему младенца, кувыркающегося в пеленках. С трудом избавившись от душераздирающей картины, он подумал, что его предположение о возрасте Весты подтверждается: она старше его примерно на десять лет.
-По-моему, муж гораздо старше ее. И как они общаются между собой?
-А это уже не наше с Вами дело. Но, если хотите, открою маленький секрет.
-Какой?
-Веста мужчин вообще ненавидит. Черной ненавистью.
-А женщин?
-Не всех. Вы мне верите?
-С трудом. Мы с ней очень мило общались…
-Тогда считайте, что я Вас предупредила, и забудем этот разговор.
-Как хотите, - переварив признание Марии, Алексей хотел еще что-то у нее спросить, но та уже спустилась вниз, к какому-то мужчине (наверное, Павлу), вошедшему с Вестой, чтобы с ним поздороваться.
-Не хотите ли сыграть партию в бильярд? – услышал Алексей голос Владимира сбоку.
-Учтите, - ответил Алексей, - игрок я никудышный. И играл в последний раз месяц назад.
-Так что же, многие вообще никогда не играли. Разве в игре дело? – сказал Владимир, направляясь вниз, к спортзалу, рядом с которым, очевидно, была бильярдная. Только поставив шары, он вновь обратился к Алексею. – В общении… я прав? Вы хотели что-то у меня спросить?
-Может быть. Но позже.
-Как угодно, как угодно. Разбивайте.
Алексею повезло: один из шаров скатился-таки в лузу, и можно было продолжать партию. Прицеливаясь, он медленно спросил:
-Вы давно… знаете… Весту?
-Порядочно, - ответил Владимир, берясь за кий, - дайте вспомнить, - он ударил и тоже неудачно, - без малого восемнадцать лет.
-А ее подругу?
-Как и она сама, четыре года. А почему Вы заговорили о Марии?
-Интересно узнать.
-Сама не говорит? – улыбнулся Владимир.
-Я не настаиваю на ответе, - удар мимо, - как Веста к ней относится?
-Почти что как к дочери. Мария часто даже живет у нас, - удар, шар в лузе, - и обратно. Мария, конечно, относится к Весте не как к матери, слегка иронично, но… Весту очень любит.
-Вы знали родителей Весты?
-Нет. Немного слышал о ее матери. А отца у нее не было.
-Вы не знаете, почему? – спросил Алексей, подумав: «Неужели ответ на все вопросы в этом?»
-Знаю. Мать Весты оставила мужа вскоре после рождения дочери.
«Все не как у нормальных людей», - подумал Алексей и улыбнулся своим мыслям:
-Муж плохо к ней относился?
-Нет, едва ли. Скорее всего, так же, как я к Весте. Боюсь, как бы она не пошла по тропе предков… это в ее роду, похоже, наследственное. А ведь у нее уже скоро будет ребенок.
-Я не знал.
-Ну, еще бы. Она даже мне об этом не говорит.
-Почему?
-Не знаю. Есть причины, но в данном случае… не знаю. Веста очень умна, а ведет себя иногда глупейшим образом. Ведь мне от нее ничего не нужно. Я дам ей все, что она захочет, в том числе и свободу, хотя и без особого удовольствия. Никто не заставлял ее выходить замуж, - говоря эту речь, Владимир закатил еще три шара, после чего промахнулся, - Ваш удар.
-Но она все-таки вышла. Возникает вопрос: почему? – Алексей добил шар, оставленный Владимиров.
-Она считала, что так нужно. Ну, и возможность не работать, конечно. Это без упрека в ее сторону. Ее так научили жить.
-Почему так? – спросил Алексей вслух, обращаясь к самому себе. – Не понимаю. Несчастная любовь? Она сама кого хочешь сделает несчастным. Плохая семья? Можно сказать, плохая, но едва ли в этом дело. Не могу понять… - задумавшись, он ударил крайне неудачно.
-А я и не пытаюсь, - сказал Владимир, - я за эти годы научился наблюдать за Вестой с определенного расстояния. Она восхитительна. Что мне еще нужно? – четыре шара с кия, - пойдемте в зал, Вас уже ждут. Было приятно с Вами поговорить.
-Почему? – спросил Алексей и подумал: «Ничего глупее я спросить не мог!»
-Вы не замкнуты, как многие друзья Весты. Если их можно так назвать, конечно.
-У нее много друзей?
-За пятнадцать лет сменилось порядочно. Хотите, дам совет, как человек человеку?
-Очень хочу.
-Осторожность не предполагает страха и удивления. И страх, и удивление одинаково убивают разум. Будьте осторожны. Единственный человек в мире, которого Вам нужно опасаться – Вы сами.
-Не беспокойтесь. Я вполне за себя отвечаю. У меня с утра иммунитет к эмоциям.
Владимир улыбнулся, но ничего не сказал.

версия для печати

Мнения, Комментарии, Критика

последние комментарии

Ваш комментарий
От кого Логин   Пароль 
Сообщение
Можно ввести    символов
 
назад
Глас народа
Правила

Случайный автор

SI'Chiara


Случайное произведение

автор: nealigun


Форум

последнее сообщение

автор: Marie


актуальные темы


На правах рекламы

Сейчас на сайте
Веб-дизайн IT-Studio | Все авторские права на произведения принадлежат их авторам, 2002-2008