Портал молодых писателей Youngblood.ru Редакторы рекомендуют:
Сосенки (проза)
Зверьки vol.1 (стихи)
Мирабель (фэнтези и фантастика)
Но знаете, я буду ждать (стихи)
Реальность иллюзорна) (нечто иное)
Армия (нечто иное)
Законы или подлинная история Пеппи по прозвищу Длинный Чулок (фэнтези и фантастика)
вход на сайт
    
регистрация
расширенный поиск
Новости Youngbloob в RSS-формате
О проекте
Произведения
Общение
Справочники

с миру по нитке

Афоризм дня

Ясный стиль – вежливость литератора

(Жюль Ренар)

Rambler's Top100







Youngblood

Начало Конца

Linnan>

Вы - 2677-й читатель этого произведения

1438 год 9 эпохи.
Высокая трава подступала к самой воде реки, сравниваемой с морем, ибо шириной она была в лигу. Зелёная трава бескрайней степи и голубизна воды, сливающаяся на горизонте с небом – только это и больше ничего. Редко, когда к границе двух государств подходил конный и ещё реже пеший. Зачем? Здесь нет жилья, выложенная бетонными плитами, прямая как стрела дорога к парому проходит много южнее, лишь изредка это место попадалось на глаза пролетавших на крылатых огнелошадях курьеров, но им некогда заглядываться, они спешат по делам из одной столицы в другую.
Так было всегда, всю эту длинную эпоху, с того давнего, почти забытого даже бессмертными дня, когда разрушенная, убитая Крахом земля ожила. И лишь сегодня извечный порядок был нарушен – именно этот клочок мира избрал своей посадочной площадкой пришелец Извне.
Тонкая мужская фигура стояла среди высокой травы, обратив лицо к небу. Красивый – сказали бы о нём женщины и с ними согласились бы многие мужчины. Светлая, почти белая кожа, что ещё более подчёркивали гладкие чёрные волосы, касающиеся плеч, под чёрными бровями пылали синие глаза с бушующим в них пламенем – глаза, ожесточающие его мягкое, открытое лицо. Тело обтягивали чёрные штаны и рубаха из жёсткого шёлка, на ногах видавшие виды ботинки на толстой подошве, ладони закрыты чёрными кожаными перчатками без пальцев – и никакого оружия, ни на виду, ни под одеждой, более того – гладкие пальцы словно демонстрировали – нет мозолей, нет умения пользоваться оружием. Не оно главный источник побед, и не простая магия, хотя и не без неё – другие таланты у этого красавца тридцати с небольшим лет на вид, таланты, от которых любой, будь он колдун, простой смертный, нежить или бог, пришёл бы в ужас. И они приходили. Всегда.
Лучи оранжевого солнца окрашивали лицо в розоватый цвет. Не жёлтое – холодное солнце. Очень холодное. Холодный мир. Не настоль холодный, как многие другие, чья земля всегда скована снегом и льдом – и не такой, как за пределами Границы. В этом мире есть жизнь, здесь живут люди и нелюди – и им не кажется этот мир холодным, они привыкли, они родились здесь и не желают для себя лучшего.
А чего желает он сам? Что делает здесь, среди зелёной травы, рядом с безжалостными водами широкой реки? Отчего оказался именно здесь, где пусто и спокойно, почему не захотел выбрать для себя огромный город, чьи шпили высоких домов рвут облака на части, раскинувшийся на востоке, или другой город на западе, рядом с которым врос в землю чёрный замок, полный горя?
Не захотел. Он никогда не приходил сам – всегда к нему являлись те, кто был нужен и молили своих богов, чтобы он не сердился на них за опоздание, если они не появлялись в то же мгновение. Он сердился не всегда – иногда ему было просто лень расходовать на них своё внимание, не силы – их-то всегда более чем достаточно. Даже у богов, даже у Сотворившего есть пределы сил – но не у него, рождённого в Нигде.
Зачем он пришёл в этот мир, расположенный совсем рядом с Границей, за которой обитают такие силы, об одном упоминании о которых у простого человека должен разорваться мозг, столь они могущественны. Когда-то их бледные тени рвались по Междумирью и едва не поработили его, и только изменение Мирозданья помогло остановить их. Как это было весело – наблюдать их бесплодные попытки подчинить себе всё и смеяться над глупой женщиной, что вела их за собой. Она чего-то хотела – но какая разница, чего. Её хозяева не позволили ей – и пока не время им прорываться через Границу всей своей мощью. Ещё ни для одной Границы пока не пришло время пасть – ещё не закончился срок договора, но он подходит к концу и тогда начнётся война между всеми девятью парами Реальностей, как их обозвал один не в меру прыткий колдун и это прижилось во многих мирах. Тот самый, которого он обещал не трогать. Но может и нарушить свой обещание, ежели он окажется на пути.
Он в этом мире. Он задаст свой вопрос. Он мог бы задать его тому мальчику – но было бы не так интересно. Он может и не знать ответа и тогда пришлось бы убить его, а он ещё так молод – и не так глуп, как пытается показаться. Сколько уже раз задавался этот вопрос? Не вспомнить. Слишком много миров топтали подошвы его ботинок – и ещё больше раз язык произносил те слова. Общим всегда был и ответ. Неудовлетворительный. Ни разу даже намёка на цель поисков – лишь следы. Но он знал имя мира и это помогло – в этот раз, слишком чёткий след оставила та троица. Особенно тот мальчик. Но, как знать, не наткнётся ли он и здесь на очередную загадку? Не окажется ли его прежнее знание бесполезным, устаревшим? За те бесчисленные годы, что продолжаются его поиски, всё могло измениться – так же, как изменилось неизменное, казалось, Мирозданье. Но даже если и так – не всё ли равно? Он уже прибыл сюда и он сделает то же, что и всегда.
Губы тронула слабая улыбка – то же, что и всегда, если ответ его не удовлетворит. Так было всегда – и вспыхивало в глазах жадное пламя. Огонь охватывал миры, превращал в пепел их обитателей и сам Хаос ужасался подобному бесчинству. Не лилась кровь – но живые гнили заживо, их мозг вылезал из ушей, а лёгкие через глотку, глаза поворачивались оборотной стороной, язык становился похож на сухой лист, плоть клочьями слезала с костей – и они чувствовали это, их тела разрывала на части боль, они кричали, они молили о пощаде – бесполезно. Он никогда не щадил тех, кого обрёк на смерть. Долгую. Мучительную. И никто не смел встать у него на пути, все разбегались, как круги на воде от брошенного в неё камня.
До недавних пор. Отчего они не боятся, отчего жаждут остановить его любой ценой, ведут свою бесполезную охоту? Он не понимал. Он сжигал их тела, их души, но. . . Они глупы, они всегда готовы умереть и он даёт им эту возможность. Он всегда понимал тех, кто стремился к смерти – и он приводил её к ним.
Но они ведь не останавливаются! Их учат убивать – и говорят, кто их главный враг. Только не каждая добирается до него – большинство гибнет в иных сражениях. Всегда в первом же. Их не учат выживать – учителя понимают, что встреча может быть только одна. Это из-за того, что он тогда убил первую из них, ту, что основала Школу? Они все стремятся забыть об этом – Школа должна существовать всегда и основательница не должна быть убита столь мерзким способом, как сгнить заживо – даже если её убийца тот, кто является Врагом.
Он вспомнил о ней – и не смог сдержать улыбку. Это было весело. Очень весело. Он здорово развлёкся тогда с этой дурой из рода пери – и она сотню раз пожалела, что посмела встать у него на пути, пока гниль пожирала её прекрасное тело на глазах помощниц, первых Наставниц. Они тогда хотели напасть, отомстить – но он пощадил их, чтобы было с кем драться потом. Они сделали из него Врага и всех учениц натравливают на него. Не понимая – пожелай он – и от их Школы осталось бы Ничто.
Как он давеча оставил Ничто от армии вампиров в иной Реальности, её ещё прозвали Свободной Реальностью. Это было весело. Он мог бы остаться в стороне и просто посмотреть, как эти твари и люди уничтожают друг друга, но его попросили, ему взмолились, ему дали то, чего он жаждет – знаний (не всегда же пользоваться одной Силой Познания), и он помог людям. Чтобы тут же покинуть их, оставить самим разбираться с оставшимися вампирами. Они победят их – будущее чужих открыто ему. Но не своё. Ему не дано знать, найдёт ли он что-нибудь в этом мире или тот мальчик – ложный след.
Яркая вспышка света попыталась ослепить его. Глупая затея – и нелепый способ прибегать к световым эффектам, чтобы перемещаться с места на место. Хотя когда-то он казался вполне естественным, никому и в голову не могло придти, что можно придумать другой. Так и не пришло, не придумали, этот остаётся самым надёжным и безболезненным. А что до вспышки – зрение придёт в норму, это незначительная мелочь.
-Кто ты? – прежде чем у всех нормальных существ отходят глаза, раздался женский голос.
Невысокая хрупкая девушка с большими чёрными глазами и мягким нежным лицом в обрамлении чёрных волос. Красивая – так бы её охарактеризовали во многих мирах, красивая и опасная, чего стоит только глефа в ременных петлях за спиной. Красивая, опасная, сильная – и глупая. Была бы умнее – не задавала бы вопросов. Сначала руби, а потом уже спрашивай. Или не этому её учили? Ей должны были показать образ Врага, без этого не бывает ни одного выпуска. Или она не валькирия? Всё может быть. Они очень разные – но если ощущения не обманывают, а этого не случалось никогда, эта девочка может, в отличие от валькирий, возрождать убитое тело. Но кем бы она ни была – охотником или жителем этого мира, на неё падёт проклятье. Она сгниёт живьём! Или всё же что-нибудь иное? Может сгноить только душу? Это тоже весело, хотя и не так зрелищно.
-Кто ты? – повторила она, сжимая в руке глефу.
-Ответь мне, - синие глаза глянули на незнакомку сквозь длинную чёлку и ту продрала дрожь – таких странных и страшных глаз нет ни у кого, не может быть у живого существа!
-Я первая спросила! – всё же нашла она в себе силы сопротивляться ужасу.
Она упряма. Она не понимает. Её проблема – и беда.
-Ответь мне – и я не прокляну тебя, - он не просто говорил – он приказывал и свободолюбивой девушке это не могло прийтись по нраву.
-Да кто ты такой! Я не буду отвечать тебе! Ты не понимаешь, с кем имеешь дело!
-Ты тоже. И ты умрешь, - губы дрогнули в усмешке – и девушка вдруг поняла, что он не шутит, он на самом деле может убить её, не выпить душу – он поступит иначе и никогда её не возродиться вновь.
-П-пожалуйста, не надо, я скажу всё, не убивай меня! – она, никогда никого не просившая, стояла сейчас на коленях и молила о пощаде, оказавшаяся бесполезной глефа валялась в стороне.
-Ты скажешь, но всё равно не останешься живой. Только сама выберешь себе смерть.
-Но. . ! – в её чёрных глазах стоял неописуемый ужас – а ведь он с ней ничего не делал, только стоял и говорил.
Но какая мощь исходит от него! Мощь и злоба, жестокость и кровожадность, в его душе нет места хорошему – если у него вовсе есть душа. Он похож на человека – но это не человек. Он вообще не может принадлежать ни к одной известной расе – таких, как он, нет, их не может существовать, ни в одном мире не может родиться подобного существа. Откуда он? Из-за Границы?
-Нет, - он читал её мысли как раскрытую книгу, без проблем взломав зашиту – в Мирозданье это легко, за Границами чуть сложнее. – Я из Ниоткуда.
-Что! – непроизвольно вырвалось у девушки.
-Зачем я тебе это говорю? Хотя, ты всё равно недолго проживёшь. Хочешь умереть быстро или медленно? И какой способ предпочитаешь? – в пламенеющих глазах плясала насмешка.
-Ты ведь не убьёшь меня? – она ещё надеялась, что его слова – только шутка из области чёрного юмора, на который падки многие из её знакомых.
-Убью, не переживай. Но сперва ты ответишь.
-А если не отвечу?
-Тоже умрешь, только медленнее. Ты сгниешь – это очень неприятно, поверь мне.
-Тварь! – страх уступил место злобе – и в незнакомца ударила молния, не обычное стихийное колдовство – составленная из мельчайших частиц Мрака, кои рассеяны даже там, где нет ничего, кроме яркого света.
Это было одно из её любимых заклятий, оно никогда не давало сбоев, оно всегда срабатывало так, как надо – и жертва падала на землю, раздираемая на части нестерпимой болью. Рвались крепящие душу и тело связки – и душа, истерзанная, измученная, становилась лёгкой добычей. Если нет души, тоже не проблема для Молнии Мрака – распадалось на крохотные частицы, на искры тело – и жизнь уходила из него не просто по каплям – водопадом. Действовало заклятье с одинаковым успехом и на живых, и на мёртвых, вампиры распадались кучками пепла, демоны превращались в дымящиеся, обугленные скелеты и лишь на богах она пока его не испытывала, пока ни разу не покидавшая родной мир.
Так неужели этот странный тип – бог?! Нет, нет, не может быть, он никак не может являться богом, они иные, их сразу чувствуешь, а он – он силён, но он не бог. Так почему Молния Мрака отразилась от него, почему не причинила вреда? Почему. . ?
И тут до девушки дошло то, от чего пришёл бы в ужас любой, даже самый крепкий и бесстрашный из рождавшихся в Мирозданье – что говорить о ней, хрупкой девушке, которая только казалась сильной, а на самом деле. . . Молния не отразилась от его тела – оно поглотило её. И более того – он не согнулся пополам в корчах боли, как всегда бывает с теми, кто проглотит Мрака больше, чем может усвоить его организм – отнюдь, он стал лишь сильнее. Ненамного, но чуть-чуть дополнительной мощи никогда не помешает.
-А ты умнее, чем кажешься, - он сразу понял о её догадке.
-Кто ты? Откуда ты? Зачем ты здесь? – побелевшие губы двигались словно сами по себе, без вмешательства разума, тогда как глаза, от которых, казалось, остались одни зрачки, могли лишь беспомощно пялиться на него.
-Сначала ты ответишь мне, а после я, может быть, отвечу тебе раньше, чем отниму твою жизнь, - выделяя местоимения проговорил он – ровным тоном, даже пламя во взгляде перестало пылать жаром.
-Я скажу, только убей меня быстро, - она произносила те слова, которые ей, бессмертной, раньше не могли прийти в голову, а сейчас казались единственным возможным ответом.
Она была готова умереть – иного нельзя желать, если рядом он. Тот, кто умеет только убивать, всеми известными способами, всеми возможными Силами – и остаётся лишь надеяться, что он не будет особенно жесток, не захочет поразвлечься, помучить её болью. А это он любит – и не скрывает. Его довольное лицо, его пылающие глаза словно утверждают – как же скучно быть тем, кто я есть – так пусть немного повеселят мучения других.
-Ты сгниёшь заживо. Это быстро. И больно, - словно в подтверждение её мыслей произнёс он. – Я скажу имя и ты. . .
Его прервала вспышка света. Ещё один? Как посмел! Кто посмел! Ещё одна жертва? Тот, кто может знать больше? Как он не вовремя и он умрёт болезненнее. Так же, как те безмозглые валькирии, что пытаются охотиться за ним.
-Оставь её!
О, это её покровитель! Очень интересно. Ещё один житель этого мира, тоже черноволосый и смуглый, как она, лишь глаза похожи на чёрное прозрачное стекло. И он вооружён. Чем? О, надо же, разве эта железка ещё существует? Серый клинок, покрытый чёрными рунами, которые всем нормальным существам должны внушать лишь ужас и отвращение – и только для него ничего не значат. Так, простые письмена, потерявшие свой смысл за давностью времён слова забытого языка. Когда-то этот меч наводил ужас во множествах миров, где проклинали и продолжают проклинать его обладателя – а теперь он висит на поясе у этого парня. Такого же глупого, как и тот, для кого был выкован этот меч в вечность назад погибшем мире.
-Я хочу спросить. Только спросить, - синие глаза вперились в прозрачные.
-Спрашивай, но оставь её, что она тебе сделала, почему ты мучаешь её!
-Здесь я задаю вопросы, мальчик! – пламя в глазах полыхнуло.
-Мальчик! – он схватился за эфес. – Мне много тысяч лет, это ты должен. . .
-Я не должен. Мне миллионы – по вашему счёту. И я могу раздавить этот мир – только это скучно. Я не буду его разрушать – если ты мне ответишь.
-Ты мне угрожаешь? – надо же, а он не испугался – безрассудно, а значит глупо.
-Нет. Просто говорю. Если не веришь – могу начать по частям.
-Зачем тебе спрашивать, если ты такой могучий, ты заранее должен знать все ответы! – нет, он не безрассуден – он просто смел и готов отдать себя в обмен на мир – и на жизнь той девчонки, что стоит на коленях.
-Я мог бы добыть сведения из твоего мозга, только так неинтересно.
-Ты ведёшь себя, как скучающий избалованный ребёнок! – он хочет умереть сейчас? Он не желает понимать, что этим ничем не поможет другим – или хочет с собой прихватить и жизнь врага?
-Ты мне нравишься. Поэтому я, может быть, оставлю жизнь тебе. Если ты ответишь, - синие глаза полыхнули.
-Соглашайся, он тебе не по зубам, его даже Молния Мрака не сразила! – вырвалось у девушки.
-Тебя никто не спрашивал, - пламенеющий взгляд пронзил её насквозь.
-Спрашивай и если я знаю ответ, я отвечу, - прозрачноглазый благоразумно последовал её совету.
-Имя – Эрар. Я ищу его.
-Эрар? – прозрачноглазый парень вздрогнул, словно его ударили плёткой. – Он умер, если мы говорим об одном.
-Как давно? – на бледном лице не отразилось ни одной эмоции.
-Сто двадцать шесть лет назад.
-Кто убил его? – не дрогнул ни один мускул, ничего – жили только глаза, в которых то вспыхивало, то угасало жаркое и жадное пламя.
-Ты хочешь отомстить за его смерть?
-Повторяю – мальчик должен отвечать, а не задавать вопросы.
-Только с твоих слов я знаю, что тебе миллионы – чем докажешь? – он разозлился. Его ошибка. Это может стоить ему жизни – и своей, и этого мира. Такое уже было – или он ничего о подобном не слышал?
-Центр – время быстрее. Границы – и за ними – там тоже иначе.
-Ты можешь проникать через Границы? – не сдержалась девушка.
-Молчи. Зачем я трачу на вас время? Говори, кто убил его!
Тут жутко стало и обладателю прозрачных глаз. Он не шутит – он не знает, что это такое. Он действительно способен на всё. Он давно плюнул на все правила – он сам их устанавливает. Над ним не властен ни один из законов, на которых держится Мирозданье – даже закон Равновесия. И если и Границы для него не преграда и он может ходить через них, когда вздумается – не он ли их нарушает? Или он что-то другое, новое, такое, с чем ещё не приходилось сталкиваться, перед чем померкнут все прежние противники – и Нечто, и Пленные, и сравнительно недавние Пожиратели – не окажутся ли они лишь частью его мощи? Может быть всё, что угодно – и главное сейчас не погибнуть, выжить, чтобы позже разобраться во всём.
-Не знаю, - в прозрачных глазах стояла паника – и желание жить. – Он был осуждён за предательство и казнён.
-Кто осудил?
-Бриан, - прозрачноглазый уже собрался было объяснить, кто такой Бриан и каким боком он оказался замешан в этом, но не потребовалось.
-Бриан? Трус и подонок?
-Он может и подонок, но не трус! – девушку всегда трясло при одном присутствии Бриана – но этот, он много хуже!
-Он трус. Он боится проклятья. Вы все боитесь проклятий. Вы цепляетесь за все жизни. Вы не хотите умереть окончательно. Значит, Бриан. Отлично, - губы дрогнули в улыбке.
Теперь он знает. И позор будет смыт. Наконец-то. Та, кто была матерью, будет отомщена. Немного жаль, что он не успел найти самого Эрара – но подойдёт и его палач. Если он его выпил – в нём есть его Сила. Слабая Сила жалкого идиота, не знавшего, какие Силы растревожил и чем ему самому могло это грозить. Могло. Если бы он трусливо не сбежал в смерть.
Теперь он знает. За несколько минут узнал больше, чем за все миллионы лет. Можно исчезать. Не из мира – он ещё последит за ними – для развлечения. Заодно узнает – кому-нибудь известно о том весьма неглупом вампире, что привёл его сюда? И весело ли будет, если они узнают?
Он исчез. Не растворился в воздухе – просто исчез, не оставив даже примятой травы, будто его и не было. Никаких видимых эффектов, никаких заклятий – и закрался вопрос – а был ли он вовсе или только привиделся? Но остался в душе ужас – и понимание, что удалось избежать чего-то страшного, того, перед чем даже смерть покажется лёгкой прогулкой.
-Зед, кто это был? – не сразу смог придти в себя обладатель прозрачных глаз.
-Не знаю, - только сейчас девушка осмелилась подняться с колен. – Это. . . Это было страшно. Он мог убить нас – мне хотелось умереть! Я молила всех, кого возможно, чтобы он убил меня, только быстро, я не хотела сгнить заживо, но он сказал – и я была рада, что так! Пирез, мне страшно – он везде, теперь он всюду! Он хуже всех, он хуже всех! – её колотила истерика.
-Успокойся! – в подобной ситуации ничего, кроме старой доброй затрещины не поможет. – Всё, успокоилась?
Девушка, не переставая всхлипывать, кивнула. Что на неё нашло? Почему она повела себя, как слабая смертная – а не как воин, которому неведом страх? Она ведь сильная, она некромант по крови и перед ней должна пасовать смерть, а не наоборот. А тут. . . Что это вообще было?
-Зед, ты в норме? Ты первая, кто его увидел, ты с ним долго говорила – что это? Он – человек?
-Он. . . Пирез, он выше всего этого! Он проглотил Молнию Мрака и стал только сильнее. Ненамного – он слишком силён сам по себе, - она сама удивлялась, скольких ей стоит усилий говорить об этом, казалось, ещё чуть-чуть, всего одно неправильное слово – и вновь накатит дикая истерика, с которой ничто не поможет справиться, даже самая крепкая из затрещин, не говоря уже о заклятьях.
-Он пришёл за Эраром, - рассуждал вслух Пирез. – Впервые сожалею о смерти врага. Если бы его не убили тогда, может и не пришлось бы гадать, что это за чудо. Он может проходить через Границу – и ему не нужна магия, чтобы покинуть Лоне.
-Он не покинул его. Он здесь. Я чувствую, - Зед поёжилась. – Он наблюдает за нами. Мы все – развлечение для него.
-Тогда идём, - Пирез потянул её за собой и они оба исчезли во вспышке света.
Она не ошиблась. Он никуда не собирался уходить с этого места. Они отправились в замок на западе – надо туда наведаться. Не для того, чтобы узнать, могут ли они стать опасностью – никто не может угрожать ему. Просто так. Для развлечения. Но немного позже. Сейчас есть другие дела.
Из пустоты, из прозрачного воздуха появилась мужская фигура, появилась так же, как исчезла – без эффектов и без магии. Она не нужна. Он выше всего этого. Он всегда одерживал только победы и уже начал уставать от того, что нет достойного соперника. Кажется, им мог бы стать Повелитель Мёртвых Душ, выпивавший миры просто так, для развлечения – бессмертный, впитавший в себя Силу иной Реальности, постепенного бессмысленного уничтожения. Но только одной – он лишь прикоснулся к краю безбрежного моря могущества той Реальности. Он не смог бы стать противником. Никогда. И ты знаешь об этом.
Но этот мир хорош. Очень хорош. Таких, как он, мало – здесь много сильных, Сила витает в воздухе этого мира. Боги не дремлют, они ходят по земле и поклоняющиеся им имеют возможность лицезреть их во плоти. Могущественные колдуны, как те мальчик и девочка – они могут гасить и зажигать звёзды, именно из этого мира пришли те, кто изменил когда-то Междумирье. Но их Сила не стоит ничего. Он уже убивал и более могущественных, в иных Реальностях, которые одним желанием могли бы стереть в пыль весь этот мир. Он не будет поступать подобным образом. Это скучно.
-Уходи! – ещё одна женщина?
-Уходи сама, - он соизволил повернуть к ней лицо.
Невысокая, хрупкая, бледное правильное лицо, чёрные волосы, серые глаза с необычным разрезом. Но только кажется женщиной. Она – сама по себе Сила, как и он, с тем лишь отличием, что он вынужден обитать в своей оболочке, она же добровольно выбрала её. Но она слабее. Она могущественна – но только в этом мире. Он уже встречал таких – вытаскивал их из миров и они растворялись. Она и есть этот мир, она его Воплощение. Но даже это не даёт ей право командовать им.
-Ты понял, кто я. Это хорошо, - она стояла на почтительном расстоянии, словно опасаясь, что он ударит её. – Я никогда не выгоняла никого сразу – но тебе лучше уйти. Я чую в тебе Силу всех Реальностей и это пугает меня. Что ты ищешь здесь? Не только ведь того, чьё имя ты произнёс.
Губы пришельца слегка дрогнули в усмешке. Она умна – но умные всегда глупее последних идиотов. Она думает, что у него есть ещё какая-то цель – но её нет. У него вообще нет цели. Пришлось придумать, воспользоваться памятью того идиота, чьё тело послужило вместилищем и найти себе врага. Он нашёл и не знает – преследовать ли Бриана или же осмотреться в этом мире. Который было бы весьма нелишним слегка встряхнуть. И начать можно прямо сейчас – с его Воплощения.
-Ты не в силах изгнать меня, как никто не способен. Я убивал таких, как ты. На меня ведётся охота – но я всегда ухожу за Границу, если они досаждают мне. Если хочешь, могу убить и тебя, - пламя синих глаз жгло не хуже настоящего огня.
-Я знаю. Потому и молю – уходи, - серые глаза были полны слёз.
-А что я получу взамен? Совсем недавно меня уже молили о помощи и я не стал убивать их. Что ты мне можешь предложить, если я соглашусь уйти?
-Что тебе нужно?
-Знания. И, может быть, немного развлечений. Может выпустить здесь Нечто? – он произнёс это буднично, словно всепожирающее Нечто – самая обыкновенная вещь.
-Ты хуже всего! – голос и взгляд переполняла паника. – Неужели ты и есть та Погибель, о которой предупреждали те, кто были до всего?
-Погибель? – ничего подобного он ещё не слышал, хотя мог похвастаться знаниями из всех Реальностей. – Что за Погибель? Говори.
Он не кричал, он говорил спокойно – подобной мощи вообще не свойственны эмоции. Хотя он знал, что это такое. Эмоции испытывало тело, разум того, чьим оно было когда-то – не тем, чьим оно является ныне. Максимум, что он позволял себе – сарказм и усмешки – и огонь в глазах. Сейчас он обходился без них – но женщине стало не по себе. Никогда она не испытывала страха, даже когда Нечто двигалось всепоглощающей волной она осталась каменно спокойна и позволила решать всё другим. Но не в этот момент. Он казался похожим на человека – но только она понимала, на что он похож и уже корила себя за то, что проговорилась. Он не должен был знать, не должен, не сейчас, позже, ещё не конец, Реальностям пока рано превращаться в Ничто, но она проговорилась и теперь должна держать ответ.
Нет, лучше умереть! Но он не даст ей лёгкой смерти – она будет мучиться и всё равно признается. А если и нет – он найдёт других, кто будет более сговорчив, кто не будет ломаться, на кого будет достаточно просто взглянуть – и он выложит всё без напоминаний.
-Когда Реальности ещё не были созданы, когда только начали воздвигаться Границы, Древние сказали – это навеки, но когда вечность подойдёт к концу, придёт Погибель. Она появится в Нигде, в самих Границах и для неё не будет пределов. Поначалу она не будет знать, кто она на самом деле – но стоит её узнать, как начнётся начало Конца, - после недолгой паузы проговорила Воплощение мира, стараясь смотреть куда угодно, только не в его лицо, не в его глаза.
-Начало Конца, говоришь? И когда же будет конец Конца?
-Это решать Погибели, - едва слышно проговорила она.
Если она не ошиблась – его уже никто и ничто не остановит. Он вечен – и неуязвим. Он разрушит Границы и Реальности сольются воедино – для того, чтобы породить что-то новое и вечность для жизни начнётся сначала. Но из ныне живущих не выживет никто. Не уцелеет даже Погибель, но его предназначение не в том, чтобы дать начало чему-то новому – чтобы завершить старое.
-Значит, ты не знаешь. Ты даже не знаешь, права ли ты, девочка.
Зубы Воплощения заскрипели, но она смогла сдержать своё возмущение. Девочка! Ещё никто не осмеливался называть её девочкой, даже Элтаи, Сотворившее, создавший её вечность назад – а этот наглец, да как он посмел! Если ему позволено всё, если для него нет законов, если он сам по себе – он мог хотя бы понять, сколь обидно подобное обращение! Самому ему не нравится, когда его называют мальчиком – так почему должно нравиться другим!
-Ты недовольна, - он развлекался, видя, как сжались её губы, как вспыхнули гневом глаза – как же приятно доводить до бешенства тех, кто считал себя неуязвимыми и впервые столкнулся с тем, кто ещё более неуязвим. – Ну же, скажи, что я подонок, или какое у тебя самое страшное оскорбление? Обещаю – ты только сгниёшь, я не трону твою душу, или что там у тебя вместо неё?
-То же, что и у тебя. Моё тело – лишь видимая оболочка, я могу и скинуть её. Ты не можешь, - что на неё нашло, почему она вдруг решила так ответить – он же запросто может убить её и тогда погибнет весь этот мир!
Но он лишь усмехнулся.
-Твоя правда. Ты увидела это. Мало кто видел это. И потому я не буду убивать тебя, обещаю. Ты можешь понадобиться мне в будущем.
-Если ты не будешь меня убивать, может скажешь, как тебя называют? – она сама не ожидала от себя подобной смелости, больше похожей на наглость.
-У тела было имя и я не стал его менять. Оно всё же лучше, чем Погибель. Мать тела называла его Джаред.
Он исчез, а Воплощение мира ещё долго стояла и смотрела на то место, где он только что был, будучи не в силах поверить в открывшееся. Вот и оно, то, чего страшились, от чего зарекались – и она, именно она разбудила его. Как она могла, почему не смолчала, она ведь не простая смертная – она могущественная Сила, как она могла проболтаться, выложить ему всё, и даже не возникло мысли – а что будет после? Но сопротивляться его пламенным глазам – нет, это выше её сил! Никто не сможет смолчать, даже Элтаи, ежели назвавшему себя Джаредом придёт в голову расспросить его подробнее. И этот допрос не будет подобен прежним, когда бывало ущемлено самолюбие Сотворившего и он выкладывал всё уже без оглядки на Равновесие – в этот раз ему придётся рассказать всё, чтобы не погибнуть и никто не знает, что может стать с Реальностью, если будет убито то, что должно воплощать её и следить, чтобы всё шло так, как должно, чтобы не нарушались законы, придуманные в тот момент, когда были воздвигнуты Границы.
Что же делать, что теперь делать! Она разбудила зверя и ничто его не заставит уснуть вновь, он будет идти к своей цели – и не поможет даже покаяние. Её может быть поймут и простят, но сказанного не вернёшь. Всё кончено. Вечность подошла к концу. Она прошла слишком быстро. Слишком.
Нет, постойте. Она что, расклеилась? Она, Воплощение несгибаемого мира, сумевшего выстоять и победить там, где проиграли и погибли другие – нет, она не может сдаться. Конец произойдёт не сегодня и не завтра, впереди, возможно, не одна тысяча лет и если неизбежное нельзя отменить, то надо его отсрочить на неопределённый срок. А это вполне по силам тем, чей дом в замке и если у них раньше и были разногласия, то сейчас надо забыть обо всём. Пирез давно готов повиниться ей – и настало время выслушать его и простить. Не он один виноват в произошедшем – так хватит за всё расплачиваться только ему.
Воплощению не нужны эффекты и заклятья, чтобы перемещаться в своём мире. Одно желание - и она уже в замке, прямо перед Пирезом, успевшим собрать срочный совет, пригласив на него всех имеющих власть в этом мире, включая даже императрицу Гаудио, смертную женщину – но если решается судьба мира, как можно обойтись без неё? Присутствовали здесь и вождица орков, и король эльфов, и правитель Инсинале, покинул своё добровольное заточение даже отец Пиреза, больше ста лет пытавшийся подавить в себе ревность – вражду он уже подавил и лишь в глубине души продолжал жалеть, что не он, а Пирез правит Бардуром, что ему подчиняется нежить, что сам Кривэл вынужден жить как отшельник, не видя никого, кроме жены и даже младший сын не желает к нему заглядывать.
-Лоне? Я удивлён, - Пирез постарался ничем не выдать своих чувств.
-Это слишком важно, чтобы продолжать дуться друг на друга. Ты знаешь, кто это был?
-Как раз это мы и пытаемся выяснить, - прозрачные глаза впились в серые.
-Если я не ошиблась, он – Погибель.
Кривэл охнул и тут же зажал рот ладонью, словно это могло уберечь от надвигающейся катастрофы.
-Папа, ты знаешь, кто это? – осторожно спросил у него Пирез.
-Лучше бы не знал. Джед рассказывала – Погибель то, что разрушит Границы и ввергнет Реальности в состояние, в котором они были до всего. Я не поверил, тогда было не до этого, но если Лоне права. . . Я не знаю. Его не остановить, он то, что выше магии, он неуязвим, как вестник Апокалипсиса. Только того ещё можно уничтожить, этого же нет.
-Скажи, что это не так! – вырвалось у смертной императрицы – пусть она многого не понимает, пусть она всего лишь человек, срок жизни которого меньше столетия, но она имеет право знать, чем это может грозить её стране, её народу.
-Это так, - ответила за Кривэла Лоне. – Но ты можешь особо не расстраиваться – у нас впереди ещё как минимум тысяча лет, пока он не начнёт совершать то, что должен.
-А нарушенная Граница Пожирателей – может это его рук дело? – вспомнил о своём сравнительно недавнем для бессмертного столкновении с существами из иной Реальности Кривэл.
-Он не может нарушать их – он уничтожит их разом. Иначе он не сможет. Всё сразу, всё быстро, он Погибель. Так говорили Древние, - упавшим голосом проговорила Воплощение мира.
-Но если он такой неуязвимый и ничто не может остановить его – зачем ты вообще сказала об этом? – выпалила предводительница орков, сжимая мускулистые руки в кулаки. – Не лучше ли было, если бы мы не знали, а потом, когда всё случится, смогли бы спокойно умереть.
-Не умереть, - подал голос Келет, король эльфов, обратив к ней изуродованное шрамами лицо. – Мы просто перестанем существовать. Но в чём-то ты права – лучше бы мы не знали об этом. Так спокойнее.
-Лишнее знание никогда не вредило, - мысли Артона, правителя Инсинале, как всегда занимала только игра, только алчио – сегодня очередной тур регулярного чемпионата и ему необходимо присутствовать, чтобы поддержать свою любимую команду, которая проводит этот сезон не слишком здорово. – Если я ничем не могу помочь, то разрешите откланяться.
-Тебе алчио важнее судьбы Мирозданья! – вырвалось у не любящего игру Пиреза.
-От меня на этот раз спасенье не зависит, как и от всех вас, вместе взятых. Не только ты, Кривэл, слушал рассказы Джед – она говорила ещё много чего интересного. Если хотите узнать об этом типе, как его там. . .
-Джаред, - машинально подсказала Лоне.
-Об этом Джареде, то не лучше ли спросить её? Только сомневаюсь, что она станет распускать язык.
-Это ещё почему? – Пирез был обижен подобным отношением к делу.
-Они нас не переваривают за то, что мы когда-то лишили Икера трона, или забыли? Советую вообще не упоминать при ней об этом типе – она может наплести много чего и только напугает ещё больше, - матч должен начаться с минуты на минуту, а он не владеет Перебросом, и ещё эта дурацкая заминка!
-Иди, фанат, только потом не плачься, что тебе, как всегда, всё докладывают в последнюю очередь, - огрызнулся прозрачноглазый парень – уж слишком его поведение смахивало на предательство и только уверенность, что Артон никогда не предаст не позволяла окончательно утвердиться в этом.
-Не знаю насчёт этого, но в данном случае всё зависит не от твоего решения. Вы все здесь бессильны. В ваших возможностях изменить эту Реальность – но всё будет так, как решит он. Не удивлюсь, если сейчас он допрашивает кого-нибудь, чтобы знать, с чего начать, - и дверь с громким стуком захлопнулась за спиной Артона.
Если бы он знал, насколь оказался прав. Чем-то этот Джаред, судя по рассказу Пиреза, напоминал его самого в почти забытую третью эпоху – самоуверенного, думающего, что весь мир принадлежит ему – и какое постигло горькое разочарование. Пришла беда в облике чернокожих каннибалов-ежру и мир оказался сломан, как едва не сломался и сам Артон. А Джаред – нет, он-то как раз и окажется тем, кто сможет добиться того, что задумает. Что ж, они, бывшие смертные, и так жили слишком долго, пришла пора уступить место новому. И лучше бы поскорее – надоело без конца отражать разнообразные вторжения и жить под постоянным напряжением – как бы не пришло чего-то нового, с чем справиться на этот раз не удастся. Оно пришло. Что ж, первый и все последующие ходы за тобой, Джаред.
Так думал Артон, спешащий на стадион, а тот, кто занимал его мысли, оглядывал пламенным взором пространство вокруг себя. Как примитивно – так он решил ещё в первый свой визит сюда. В иных Реальностях иначе. Кроме Пустоты – там нет ничего и никого – лишь незримые глазом, неслышные ухом создания пересекают Ничего. Здесь же – фруктовые деревья, преимущественно вишни, персики и яблони, много хризантем и подсолнухов, которые никто никогда не вылущивает. Небольшой дом с белыми полупрозрачными стенами и покатой крышей. Здесь не изменилось ничего – Сотворившее не любит изменений. Но теперь придётся.
-Ты? – из дома выглянула девушка с иссиня-чёрными волосами и огромными синими глазами на круглом лице – Ами, жена Элтаи, как бы дико по отношению к Силе это ни звучало. Та, из-за кого в своё время и случился Крах вечность назад, но на её счастье никто об этом не подозревает. Кроме него.
-Где он? – слова мерно падали на землю.
-Его нет в этом мире.
-Он сбежал? – уголок рта слегка дёрнулся – неужели Элтаи почуял и поспешил убраться? Трус и идиот.
-Нет. Его нет уже три дня. Я не знаю, где он. Что-то случилось у Границы. И не в первый раз. Это не прорыв и не ты – это что-то другое. Как раз Граница Свободных, ты там был недавно, ничего не заметил?
Почему он разрешает её говорить как с равным, почему она смеет задавать ему вопросы – и он отвечает ей. Она не боится, что он убьёт её? Или думает, что не посмеет? Или же ей просто всё равно? Ей тоже скучно? Нет ответов на эти вопросы.
-Ты знаешь, кто я? – пламя в глазах вспыхнуло ярче.
-Конечно. Ты Джаред, - пожала она плечами, садясь на ступеньку крыльца.
-Я серьёзен, - она не ответила и всё ещё жива?
-Не мне говорить тебе, кто ты есть.
-Тогда ответь: я – Погибель?
-Ты уже знаешь об этом? Да, это правда. Садись, ноги-то не казённые, - кивнула Ами на место рядом с собой.
-Я не устаю никогда, - но всё же последовал её предложению.
-Скоро тебе потребуются силы. Много сил. У тебя будет много врагов. У тебя и сейчас их достаточно, но их станет больше в тысячи раз. Ты знаешь, что можешь отказаться от своего предназначения? – она заглянула в его лицо.
-Отказаться? Разве можно? – пламя совсем угасло, стало едва различимым.
-Можно всё. Так когда-то решили те, кто воздвиг Границы, но Элтаи испугался и придумал закон Равновесия. Ты заметил, что он действует только в этой Реальности?
-Значит, если я не хочу, я могу не быть Погибелью?
-Нет, ты останешься собой, ты не можешь изменить свою сущность, но ты можешь не позволить Границам сжаться.
-Что значит – сжаться? – после недолгой паузы спросил Джаред.
-В Конце Границы сблизятся друг с другом, сольются и породят что-то новое. Ты сам – творение Границ, только так ты можешь завершить существование Реальностей.
-Ты говоришь это так спокойно. Ты не боишься? Думаешь, что сможешь избежать этой участи? – он предполагал, прекрасно зная, что это не так.
-Когда-то я боялась очень многого. Сейчас это время прошло. Давно прошло. Когда шло Нечто, стремясь поглотить и эту, и другие Реальности, мы не бежали в Обитель – одна она и могла уцелеть, если погибнет Мирозданье, чтобы была возможность с чего-то начать.
-Подобные места есть во всех Реальностях, кроме одной, - Джаред имел в виду Пустоту и Ами поняла.
-Древние на всякий случай подстраховались. Но они знали – в Конце не поможет ничего. И только в твоих силах всё изменить.
-Ты хочешь попросить меня об этом? – пламя в глазах разгорелось ярче.
-Нет, я просто говорю. Хочешь яблоко? – она взяла фрукт из стоящего у крыльца блюда.
-Мне необязательно есть, - но яблоко всё же взял. – Мытое?
-Ты иногда кажешься таким смешным, - она не прятала улыбку – она была готова смеяться во весь голос.
Смеяться над ним! Но отчего-то, когда насмехалась она, не было обидно, нисколько. Ей это позволено. Только ей. Он сам так решил. Не тот глупый Джаред, сын Эрара и тёмной эльфийки, он даже не подозревал о существовании и этого мира, и Сотворившего, он был одержим местью, только ею. Так решил этот Джаред, который сейчас, улыбнувшись в ответ, впился зубами в твёрдый жёлтый бок сочного яблока.
-Тебя не коробит, что я так с тобой обращаюсь? – прожевав кусок, спросила Ами.
-Не знаю почему, но нет.
-Потому что мы похожи. Я не рождена внутри Границ, я из этой Реальности, у меня были мать и отец, были друзья и подруги, я была обычным человеком, смертной. А потом появился Элтаи. Я не потеряла никого из тех, кто был мне дорог, кого я любила, но они потеряли меня. Я перестала быть той Ами, чьё тело ты сейчас видишь. Ты же наоборот стал Джаредом.
-Не совсем понимаю, но верю. Только тебе и верю. Из всех, - и его белые зубы впились в следующее яблоко.
-Мне приятно это слышать.
-Так каким образом я не стану Погибелью?
-Я тебе уже сказала – ты и есть Погибель. Но ты можешь не приближать Конец. Живи, как жил, будь проклятием всех Реальностей, но не ломай Границы, не ломай плоть Реальностей.
-Каким же образом я могу это сделать? – пламя в глазах вспыхнуло ярче солнца.
-Этого я не знаю.
-Кто может знать? Элтаи?
-Он тоже не в курсе. Никто не знает, как. Но этого и не будет, если ты сам этого не захочешь.
-А если захочу?
-Тогда Погибель выполнит своё предназначение.
-То есть ты хочешь сказать – всё зависит от моего желания? – чёрные брови слегка поднялись, выдавая удивление – а ведь это чувство было ему почти незнакомо.
-Ты можешь сейчас решить, что настала пора Конца – и он начнётся, а позже передумаешь – и он остановится. Он может отодвинуться на неопределенный срок или начаться сейчас и завершиться через минуту. Твоё желание решает всё.
-Моё желание решает всё, - тупо повторил он. – Сейчас, как и всегда, я хочу одного – забрать жизнь, этого хотел тот Джаред, я нашёл его, но опоздал. Он был казнён. Я знаю имя осудившего его – не следует ли мне вместо одной жизни забрать другую?
-Ты спрашиваешь моего совета или это были размышления вслух?
-Спрашиваю. Так что ты посоветуешь мне?
-Кто тот, кого ты сейчас хочешь убить?
-Бриан из мира Лоне.
-Я слышала о нём. Этот мир породил многих великих воинов. Но не этого подонка, - она произнесла это слово, словно хотела сплюнуть и лишь хорошие манеры не позволяли ей вести себя столь неподобающим образом. – Он родился в Навсикае. Он хочет убить Элтаи, занять его место и думает, что мы не знаем.
-Я знал, что он трус и подонок, но чтобы настолько дурак, - Джаред фыркнул.
-Если хочешь, можешь убить его. Но можешь только припугнуть. Хотя сомневаюсь, что он слышал о тебе, если даже там о тебе не подозревали.
-Они могут сообщить ему.
-Могут. Но не станут. Они ненавидят и боятся его. А как ты вышел на него?
-Благодаря одному вампиру. Мальчик стал вампиром, истинным вампиром. Далеко не глупый мальчик, хотя вампир из него никудышный. Он знал того, кого я искал по этой Реальности, знал его имя – но был слишком напуган, чтобы я мог спросить его.
-И тогда ты, как всегда, решил проверить всё сам и напугал всех до смерти, - Ами протянула собеседнику последнее яблоко.
-Только троих. В том числе и Воплощение мира. Это она мне всё раскрыла. Вы не говорили, потому что боялись?
-Элтаи опасался, а мне было всё равно. Сейчас я тебе всё рассказала. Так что там с Границей Свободных?
-По ту сторону её изучают. Может быть они что натворили? А так я ничего не заметил. Всё как всегда. И навредить я тоже не мог. И какая разница, что с ней, если Погибели всё известно, - его губы исказились в весьма кровожадной улыбке.
-Разницы нет. Но что ты решил сейчас? – её огромные глаза заглянули в его бледное лицо, будто надеялись прочесть на этой маске ответ.
-Пока я не буду ничего менять. Всё останется как раньше. Тебя это радует?
-Меня это огорчает.
Такого ответа он не ожидал. Разве она не живая, разве не хочется ей, чтобы Мирозданье продолжало существовать и далее и все Границы оставались на своих местах? Почему она говорит так? Может, она лжёт? Нет, её глаза почти кричат – прекрати это, сделай то, что должен, не тяни, я буду просто счастлива, если ты закончишь это завтра. Чем скорее, тем лучше. Чтобы перестать существовать, чтобы умереть и знать, что души больше нет и невозможно возродиться. Я не цепляюсь за жизнь, как те, кого ты видел – я давно готова умереть. В тот самый день, когда по Мирозданью прокатилась волна Краха, я поняла – не стою подобной цены, так зачем жить? Он не отпускает меня и я скрываю своё желание – но ты можешь отпустить меня и я прошу тебя об этом.
-Я могу убить тебя, - вслух ответил он на её бессловесную мольбу.
-Нет. Не таким способом. Элтаи найдёт тебя – и эта Реальность останется без Сотворившего. Лучше так, как должно.
-Почему он не хочет отпустить тебя?
-Любит, - прост и прозаичен оказался ответ.
-Во мне есть воспоминания того Джареда. Он знал, что такое любовь. Я тоже знаю, но не могу испытывать. Никаких чувств. Элтаи тоже был Силой, так почему может он?
-Слишком долго среди тех, кто испытывает чувства. Не три миллиона, как ты – вечность. И он хотел измениться, он хотел стать таким, как они, хотел забыть, что был когда-то просто сгустком Силы. Ты не хочешь. И не знаю, смог бы, если бы захотел. Одних воспоминаний недостаточно.
-Я и не хочу. Но я не буду пока делать то, что должен. Не из-за тебя – поищу развлечений.
-И первый на очереди Бриан?
Джаред кивнул. Да, он начнёт именно с него. И этот трус, переполненный страхом, немедленно побежит плакаться в тот мир. Его, конечно, пожалеют – как же, столкнулся с подобным чудовищем. А может и не так? Он не побежит – он сгниёт, сгниёт живьём, сгниют и тело, и душа, нечему будет бежать. Не будет угрозы для Элтаи. Но тогда будет скучно – а так хоть что-то. Кажется, тому вампиру предложили следить за Брианом? Всегда интересно наблюдать за подобным поворотом дел. Нет, он не будет убивать Бриана, он даже не станет встречаться с ним – он встретится с тем мальчиком. Он слегка поможет ему – и будет готовое развлечение, не хуже, чем если бы он решил-таки уничтожить Реальности.
-Элтаи здесь, - как всегда без выражения произнёс он, нутром почувствовав прибытие Сотворившего – ощущение это вполне можно было бы сравнить с лёгким уколом в висок.
-Не хочешь с ним встречаться?
-Не хочу. Но надо.
Он вышел из-за деревьев через мгновение – мужчина необычайной красоты, чёрные глаза пылают на золотистой коже, чёрные волосы водопадом ниспадают на плечи. Чем-то он был похож на самого Джареда – может телосложением, может особенностями облика, но если холодный Джаред напоминал мёртвый мир, покрытый снегом и льдом, с чёрного неба которого не светит ни одной звезды, то Элтаи можно было бы сравнить с земным раем, где нет хищных или ядовитых животных, где ласковое солнце освещает песчаные пляжи, которые лениво лижут изумрудные волны. Жизнь и смерть – так они казались. Сотворившее и Погибель.
-Опять ты здесь, - Элтаи совершенно не обрадовался посетителю.
-Я так часто захожу. Раз в тысячу лет. В последний раз был перед изменением Междумирья, - подобные льдинам слова сорвались с губ Джареда.
-Ты мне не нравишься.
-Конечно. Я ведь Погибель, - губы дрогнули в презрительной усмешке.
Сотворившее не удивился, не испугался, скорее, воспринял это с облегчением:
-Уже знаешь.
-Ты бы хотел, чтобы я этого никогда не узнал?
-Ты должен был знать с самого начала. Но Древние решили, что должно пройти время, что эту тайну надо обязательно хранить. Мне это правило никогда не нравилось, но меня тогда ещё не было, я не мог протестовать. А ты был.
-Я?- тут было чему удивляться.
-Эти Реальности – не первые. Удивлён? Ничто не бывает первым и единственным. До этого существовало что-то другое, что – я не знаю, не знали и Древние. Погибель разрушила предыдущие Реальности, или что там было, и то, что было много раньше. И так без конца. Ты уничтожишь это – а после возродишься вновь. Ты второе по древности создание.
-А первое? – Джаред мог бы и не спрашивать – он уже предчувствовал ответ.
-То, что создаёт. Так что будешь делать теперь? Ты знаешь даже то, что знать тебе не следует, но зачем скрывать? – Элтаи пожал плечами и втиснулся между Ами и Джаредом.
-Пока ничего. Посмотрю по обстоятельствам, - он поднялся. – Ещё увидимся, - через очередную тысячу лет.
Он исчез. Будто и не приходил. Не оставил после себя ничего, кроме яблочных огрызков. Холодное жестокое создание, в воле которого теперь решать судьбы миров. И они, Сотворившее и его супруга, дали ему всё для этого. Они подсказали ему путь – и не собирались жалеть. Так предопределено заранее, так должно быть всегда, до той поры, пока Погибель не уничтожит Творца. Но этого не случится никогда – Погибель сама себя уничтожает, а Творец. . . Куда он уходит – не знает никто.
-Он уже знал об этом. Ему рассказали в Лоне, - нарушила молчание Ами.
-В мире, которому дано право рождать тех, кто смеет уродовать облик Междумирья, нарушать его Границы, впускать тварей из-за Пределов, - Элтаи произнёс это, будто выплюнул – с презрением, желанием всё изменить, никогда не создавать этот мир у Границы, мир, с которым сразу, с самого начала всё пошло наперекосяк. Его следовало уничтожить сразу же, а не ждать, что он сам себя уничтожит. Сколько раз стоял на грани, но выстоял – и в одного из сыновей его порождения влилась Погибель.
-Какая сейчас разница, где он узнал. Он знает и он будет делать то, что должен. А потом ещё и ещё. До бесконечности. Так? – огромные глаза девушки заглянули в лицо супруга.
-Когда-то это началось и когда-то должно завершиться. Но не в этот раз. Не на Джареде. На одном из тех, кто будет после. Ты ему много рассказала?
-Всё, что знала. И он съел все яблоки.
-Что он решил?
-Поразвлечься. Закончить всё успеет. Сомневаюсь, что его решение изменилось после того, как ты ему рассказал остальное.
-Ему следовало знать, - повторил сказанное ранее Элтаи.
Те же самые слова повторял про себя и Джаред, стоя у границы мира. Следовало знать раньше. Но что бы это изменило, если бы он узнал? Стал бы он иным – или же лишь рассмеялся бы над новыми знаниями и продолжил прежнее? Он должен понять это прежде, чем переступит через черту и окажется в мире, что раскинулся у ног. В мире, после которого будет неинтересно менять принятое ранее решение. Мир, где находится Спайк, один из немногих, кто не испугается, увидев его, единственный истинный вампир за долгую толику вечности – многие из его предшественников не в счёт.
Нет. Раз он размышляет сейчас именно так, он не стал бы ничего менять. Он продолжил бы быть прежним Джаредом, он не стал бы придвигать Конец. Если бы в нём оставалось ещё что-то человеческое от того Джареда – тогда, возможно, его удалось бы разозлить и он не стал бы медлить, но он не человек, только оболочка, переполненная Силой Извне. Нет, не переполненная – она и есть Сила, способная думать, способная ощущать. Немногие чувства ему доступны – удовольствие, неприязнь, удивление, но даже этого вполне достаточно, чтобы понять – они пусты, они ничего не значат, он всегда останется тем чудовищем, которое ставит на колени самых гордых и заставляет их умолять, нет, не о помощи – не убивать их, остаться в стороне. Он поступал так не всегда – иногда гораздо веселее и интереснее как раз вмешаться и устроить небольшой хаос.
А что он будет делать сейчас? Для чего ему вообще видеть Спайка? Может быть сразу же найти Бриана – и заставить его рыдать слизью из гниющих глаз и плеваться кровавыми соплями из разодранной глотки? Нет, и не потому, что это будет невесело – как раз наоборот, но. . . Если всегда поступать так, чтобы это устраивало только его самого – сразу станет скучно, вот и приходится для самого себя придумывать правила и ограничения. Придумал и для данного случая – не он сам убьёт Бриана. Это сделает Спайк. Лучший друг его внука – и один из немногих, кто реально может противостоять мощи Бриана.
Значит, решено. И незачем ждать – это не Конец, который стоит пока отложить, это и так ждало слишком долго. Слишком. Пора закончить.
Истинного вампира отыскать не составило труда. Он словно бы сам притянул того, кто был одним из первых, ощутивших его преображение. Или просто обладал способностью притягивать неприятности? Какое это может иметь значение, если он именно сейчас, в момент, когда он нужен, влип в историю.
Семеро на одного? Обычно говорят, что это нечестно. Вооружены деревянными кольями? Охотники на вампиров. И чем им так не угодил этот мальчик, если они решили прикончить его? Кого-нибудь съел и не подумал, чем ему это может грозить? Или просто не вовремя вывесил зубы на просушку? И как будем это останавливать? В любое другое время понаблюдал бы, как вампир справится с теми, кто привык убивать таких, как он – а что, справится, нет никаких сомнений, но некогда.
-Хватит! – голос прозвучал негромко, но пламя в глазах почти слепило.
-Кем бы ты ни был, добрый человек, уходи, дай нам разобраться с этим отродьем тьмы, - указал на оскалившегося Спайка один из охотников.
-А если я не человек и совсем не добрый, - губы слегка дрогнули в усмешке.
-Тогда ты. . !
-Я устал, - глаза вспыхнули ярче. – Сгноитесь, - необязательно было говорить это вслух, но так гораздо эффектнее - и в каком восторге вспыхнули глаза вампира, стоило ему увидеть, как немедленно рухнули на землю его враги.
Они не кричали – нечем было кричать, корни языков ещё шевелились среди зубов, едва держащихся на гниющих деснах, но от связок не осталось ничего. Они страдали, боль переполняла их, каждая пора кожи, каждый орган источали воняющую жидкость, налитые кровью глаза желали бы закрыться, ничего не видеть, но отсутствовали веки. Они мечтали о смерти, как об освобождении от боли, от омерзительного ощущения разложения собственной плоти – но как раз в этом им было отказано. Они будут жить, пока от тела не останется ничего, в чём ещё могла бы ютится истерзанная болью душа – и пока гниль не добралась до неё.
-Противно, но действенно, - заметил Спайк, с трудом сдерживаясь, чтобы не зажать нос – вонь стояла невыносимая, что касается разложения живой плоти – вампиры реагируют на это куда меньше, нежели живые.
-Могу научить, - Джаред сказал это просто так – не этому он хотел обучить Спайка, совсем не это хотел ему показать.
-Благодарю, сомневаюсь, что смогу осилить, - вампир улыбнулся, выставив наружу длинные клыки.
-Верно, - Джаред как следует оглядел стоящего перед ним.
На вид двадцать пять, бледная, с серым оттенком кожа, светлые волосы, чёрные глаза, ресницы и брови. Вот как он выглядит во плоти, не тень на грани сознания, не образ перед пламенеющими глазами – живой, если это может применяться к вампиру. И не настоль глупый, как это показалось в прошлый раз. Успел поумнеть за полгода? Или просто осознал, что он из себя теперь представляет?
-Я сразу узнал тебя, - отвёл глаза от ещё корчащихся в конвульсиях охотников на вампиров Спайк. – Я запомнил тебя. Только не мог предположить, как ты выглядишь. Попытаешься закончить их работу? – он говорил спокойно, но глаза утверждали – я буду сражаться, пусть ты сильнее, пусть ты способен почти на всё, я не боюсь тебя и если мне суждено умереть именно сейчас, я не собираюсь подыхать, как скот на бойне.
-Я не буду убивать тебя. Ты нужен мне для другого, - но синие глаза, не смотря на успокаивающий тон, не сулили ничего хорошего.
-Кого-нибудь загрызть? Но ты можешь сделать это и без меня.
-Бриан.
Услышав знакомое имя, Спайк вздрогнул. Бриан? Он хочет, чтобы вампир убил Бриана? Или Бриан перешёл ему дорожку, таким образом, что отомстить можно лишь чужими руками? Нет, это глупо, этот тип сам кого хочешь проклянёт, так что снять с себя чужое проклятье для него – раз плюнуть, если не проще.
-Нет, я не собираюсь тебя просить убить его – никому не оставлю этого удовольствия, - развеял его предположение Джаред.
-Хочешь сделать что-то хорошо – сделай это сам.
-Именно.
-Так зачем тебе вампир?
-Не просто вампир – весьма неглупый мальчик.
-В тот раз ты назвал меня глупым.
-Ты поумнел. И ты нужен мне.
-Что мне это даст? – уже как опытный наёмник поинтересовался Спайк.
-Я научу тебя паре умений.
-Гноить живьём? Проклятья у вампиров не работают, - хмыкнул вампир.
-Как тебе способность повелевать Силой Нечта или Пустоты? Или умение не обращать внимания на закон Равновесия? Или, если не устраивает это, предложи сам.
Услышав подобное, Спайк ощутил, как у него кружиться голова. Владеть подобным – да от одного только чувства, что это возможно, начинает становиться не по себе. Когда-то с превеликим трудом удалось остановить Силы из-за Границ – и он, тот, на кого прежде не обращали внимания, сможет повелевать ими? Пусть ограниченно, пусть лишь малой их толикой – но сможет. Этот синеглазый не врёт, для него эти Силы так же естественны, как для живых умение дышать или для вампира пить кровь.
-Что я должен сделать? – справившись с эмоциями, поинтересовался Спайк.
-Следить за Брианом. Портить ему жизнь. Мешать ему. Пусть он злится, пусть проклинает тебя – меня это развлечёт, - синие глаза наполнились удовольствием.
-Как мне сделать это?
-Означают ли твои слова, что ты даёшь своё согласие?
-Я согласен. Если ты научишь меня всему – я выполню свою часть сделки. Я заставлю Бриана спятить окончательно, - как будто у кого-то есть сомнения, что у Бриана в голове никогда не было порядка – но добиться большего будет весьма интересно.
-Мне нравится ход твоих мыслей, - и пламя в синих глазах довольно заплясало.
-Ну, если я, если можно так сказать, буду работать на тебя, может быть, представишься?
-Джаред.
-Слышал о тебе, – отчего Спайк не ужасается, узнав, кто перед ним? Может потому, что страх был и ушёл много раньше?
-И не боишься? Ты умнее, чем я думал.
-Обычно говорят: лишняя смелость – признак глупости и безрассудства.
-Не для вампира. Так что бы ты хотел выучить? – в голосе Джареда чувствовался сарказм.
-Что может узнать вампир. Большего не надо.
-С каждым ответом ты поднимаешься в моих глазах. Я научу тебя, но сначала – что ты сделаешь первым делом?
-Съем жителей той деревни, которые натравили на меня охотников за вампирами. Сейчас ты скажешь, что месть – это нехорошо, но если бы не они, не пришлось бы нюхать эту вонь, - чёрные глаза в одно мгновение окрасились в жёлтый цвет – не потому, что он являлся вампиром – так происходило всегда, стоило ему разозлиться и в этом было ещё одно отличие от обычных упырей.
-Твоё право. Ты всё равно будешь должен опробовать новые Силы. Подойди.
Спайк подошёл вплотную. Ростом они различались не слишком сильно – Джаред был повыше всего-то на пару пальцев, но. . .
Откуда ощущение, что он – великан? Не потомок, как Джед, не турс, коих более чем достаточно в разных мирах, не обычный огр - великан в самом прямом смысле этого слова. В Изначальном. Такой же, как были Древние, создавшие Границы. Но этот ещё древнее. Много древнее.
Сразу вспомнилась легенда, услышанная в одном из миров, когда он не был ещё вампиром и никому не могло придти в голову, насколь опасен может быть этот молодой человек – просто мальчишка, по мнению многих. В той легенде говорилось о великане по имени Время. Он спит всегда, он заснул ещё до того, как над миром зажглось солнце – и проснётся только тогда, когда придёт время миру умереть. Не Джареда ли имели в виду создавшие легенду? И пусть его величие не в росте – в том, что скрывается под телесной оболочкой.
Затянутая в чёрную кожу перчатки ладонь легла на лоб вампира. Большего не требовалось – так вполне можно обучить кого угодно, так учат в некоторых других Реальностях. Только не руками – их там нет. Совсем немного способностей – многого он не выдержит. Он весьма неглуп, но он вампир и это накладывает свои ограничения. Но не следовать законам Мирозданья, наплевать на Равновесие – это ему вполне по зубам. Немного Хаоса – это ему понравится. С Мраком у него симбиоз – так не пожадничаем и этого. Не помешает Пустота – она ещё никому и никогда не оказывалась лишней. И на довесок Нечто. Или не стоит? С этой Силой справиться лишь немногим проще, чем с мощью Уничтожения. Но ничего, он справится. Он очень талантливый мальчик.
Глаза Спайка закрылись. Сквозь сжатые веки просачивался дневной свет и в его отражении он увидел четырёх. Четыре символа, не знакомые ни ему, ни кому бы то ни было ещё. Их значения были забыты ещё тогда, когда существовали Древние. Четыре символа – четыре Силы. Четыре Реальности. И они дают ему Силу, способную сжечь не только деревню – весь этот мир и ещё на соседние останется. Но не сожгут ли они его самого? Не причинят ли вред душе – на тело наплевать, возродимся в случае чего, не порадует ли это Джареда больше, чем все возможные мучения Бриана?
В любом случае уже поздно. Слишком поздно менять решение. Жребий брошен, выбор сделан – так прими эту мощь, возьми их и научись пользоваться. И стань почти непобедимым. Перед тобой будут склоняться и сами подставлять свои шеи, чтобы ты отведал их крови. Никто и ничто, кроме, разумеется, Джареда, не сможет противостоять тебе – миры будут лежать у твоих ног, как ложились перед Нечто – и оно пожирало их. А на месте миров, когда-то переполненных жизнью, останется Пустота, залитая Мраком. И в Мирозданье воцарится Хаос.
Вот ты и понял, Спайк, что тебе предлагают в обмен на незначительную услугу. Бери же это, не мешкай, позволь Силам войти в твой разум, в твою душу, не уступай остаткам старого Спайка, что сейчас в ужасе сжался, ожидая, что Силы поглотят его. Точно так же он боялся становиться вампиром, был готов умереть, потерять свою душу – и пасть от удара в сердце, нанесённого рукой друга. Но ты подавил страх и сделал свой выбор. Неспособный на предательство – и только ты сможешь распоряжаться данной тебе мощью, распоряжаться не только в угоду себе, но и без ущерба для тех, кого не предашь. Кто тебе дорог и кому ты веришь. Они не должны расстроиться – напротив, они должны гордиться и знать, что сделали правильный выбор, не позволив тебе стать упырём – и не позволив погибнуть.
Силы иных Реальностей вошли в сердце – и глаза почти ослепли, нет, не от яркого света – от мрака. Он способен ослеплять ничуть не меньше, даже больше, нежели яркий свет. Но он не хотел лишить зрения – или попросту вампиры от этого ограждены? Вампиры неспособны меняться, даже обрезанные волосы отрастают через несколько минут и заживают все раны, возрождаются на месте отсечённые части тела – особенно у истинных. И сквозь марево мрака глаза увидели – нет, не чёрную стену Границы – скорее, это было тем, что находится за ней. Только совершенно непохожее на то, что рассказывал Икер, побывавший за двумя. Или он не видел всего? Все Реальности отличаются друг от друга и только в Мирозданье можно отыскать отражения их Сил – именно это помогало справиться, когда этой Реальности угрожала опасность Извне.
Нет, это не другая Реальность. Это что-то другое. На Спайка словно дыхнуло тлением и его слабый, пусть нечеловеческий, но такой же, как у людей разум осознал, что это. Это Конец. Именно так – не слово – имя. Конец всего, не только Мирозданья, но и других Реальностей, и несёт его Джаред. Он знает об этом, но не хочет, иначе не стал бы заключать эту сделку, не стал бы наделять вампира силами, что сейчас подобно обжигающему льду или морозящему огню струятся по жилам, требуя выхода – ну же, испробуй то, что получил, и пусть твой благодетель радуется. Если он вовсе знает, что это за чувства.
-Я готов, - глаза пылали жёлтым светом, как две янтарные лампы.
-Я вижу. Покажи, как ты умеешь мстить.
-С удовольствием, - между губами сверкнули длинные клыки. – Ты можешь перенести меня? – неприятно просить об этом одолжении, но что поделать, он и раньше владел Перебросом еле-еле, а после преображения понял, что полностью лишился этого умения.
-Мне интересно. Я перенесу тебя. Дай мне цель.
Оказалось достаточно только подумать о той деревне, представить её себе, увидеть внутренним взором крыши бревенчатых срубов – и через мгновение они оба стояли на окраине. Не требовалось протягивать незримую серебряную нить, указывая направление – Джаред выше всего этого. Силы иных Реальностей помогают ему в этом? Или то, что он – творец Конца? Какая разница, важно иное – что он перенёс, что он здесь, смотрит и в его синих глазах пылает пламя заинтересованности.
Спайк, подгоняемый этими глазами, обогнул крайний дом и вышел на единственную площадь, куда выходили фасады всех зданий, выстроенных кругом. Он был здесь пару часов назад – и сразу же наткнулся на охотников за нежитью, они почуяли в нём вампира, они объявили это всем, они погнались за ним – и сгнили. И теперь он может сполна расплатиться со всеми.
Завизжала, увидев его, какая-то женщина, через секунду ей уже вторила другая, третья, в ужасе забегали, вопя во всё горло, дети. Пытаетесь спрятаться в домах? Вряд ли вам это поможет. Так же, как не помогут ни серебряные мечи, ни заговорённые амулеты. Не сейчас – и никогда. Не стоит тратить свои силы на отдельных людишек – загнать их в одно здание – и дать разгуляться Силам, в полную мощь – если что не так, Джаред прикроет. Если, конечно, захочет. Он вполне может отдать этот мир на поживу Силам, с него станется.
-Ты не мог выжить, они уничтожили сотни таких, как ты! – перед Спайком, держа копьё с серебряным наконечником наперевес, стоял деревенский староста.
-Таких как я больше нет, - чёрные глаза полыхнули жёлтым пламенем – и от вампира потянулись чёрные щупальца.
Нечто – именно с него решил он начать. Если справится с этакой мощью – справится со всем. Главное – удержать, не позволить вырваться из-под контроля. Так, сначала старосту. Ага, готов, пытался отмахнуться копьём – но разве с этим может справиться обычное оружие? Один пал жертвой собственной глупости, теперь остальные. Ничего, торопиться некуда, в этом деле спешка только вредит, поторопишься – и не удержишь. Но как же тяжело, будто тянешь собственный зуб, и не клещами, а пытаешься выдернуть его пальцами. И чем дальше, тем тяжелее. Тем. . .
Вспышка боли на мгновение оглушила его, опрокинула на землю, из горла потоком хлынула кровь – и через секунду всё исчезло. Не было ни боли, ни деревни, только окровавленная земля – и ботинки Джареда у самых глаз.
-Ты увлёкся. Мне пришлось остановить тебя. Ты должен научиться кончать сам. Но я рад, что ты справился. Ты очень умный мальчик, - мерные слова Погибели ударялись о поглоданную Нечто землю и разбивались на тысячи осколков.
-Как. . . Как заканчивать? – отхаркиваясь кровью, поднялся Спайк на ноги.
-Просто прекрати. Заставь их остановиться, вернуться к тебе. Попробуй ещё раз.
-Ещё, - голова слегка кружилась, но это ничего, это мелочи, он справится.
-Только один щупалец. Опять ноющая боль, но это даже лучше, она поможет понять, держит ли он или уже упустил. Вон то дерево – самая подходящая цель. Сожри его и возвращайся обратно, я владею тобой, я твой повелитель, ты только часть того, что обитает за пределами Мирозданья, так что не смей перечить, подчинись мне, как подчиняешься Джареду – и у тебя будет достаточно пищи, обещаю тебе.
Обещаешь? Но я не верю тебе. Её будет достаточно лишь тогда, когда ты, жалкий вампир, отпустишь меня, дашь мне возможность делать то, что моё по праву. И ты станешь первым, кто станет частью меня.
Подчинись мне, Сила иной Реальности! Когда-то тебя остановил отец моего друга и загнал за Границу. Я не буду останавливать и загонять – ты принадлежишь мне и если не захочешь стать рабом – никогда более тебе не бывать на воле, твоя мощь останется во мне, навсегда.
Ты понимаешь толк в шантаже. Хорошо. Мы заключим сделку – ты будешь использовать меня, как это делает Джаред, а я буду служить тебе. Не будет натуги, не будет боли – тебе будет легко даваться моя мощь. Но не переоцени свои силы – перейдёшь грань и я вырвусь, и даже отец твоего друга не сможет остановить меня во второй раз.
И чёрное щупальце, покорно слизав дерево и оставив на его месте глубокую яму, поспешило вернуться к пославшему его Спайку. Как и обещало – ни отката, ни боли, словно обычное заклятье бросил.
-Ты заключил сделку с Нечто, - от Джареда ничто не могло укрыться. – Это опасно.
-Я знаю. Тебе не пришлось, тебе это было дано изначально, - чёрные глаза смотрели прямо в синие, смотрели без страха перед могущим спалить их пламенем.
-Твоя правда. Но ты мог приручить его только таким образом. С остальными Силами проще, они слабее, они не рассуждают и они не сожрут тебя первым делом, вырвавшись на свободу, от них можно убежать и остановить издали. От Нечта не убежишь.
-Я понял. С тобой у нас тоже договор. Скажи, что мне сделать с Брианом? Наслать на него Хаос или наполнить Пустотой? – между оскалившихся в усмешке губ сверкали длинные клыки.
-Выбирать тебе. Лишь бы это развлекло меня.
-Развлечёт. Все его заказы будут доставаться другим – как тебе это? – этому заклятью его никто не обучал – он сам рассчитал его луну назад, используя технику сэабверов, обитателей весьма необычного мира Чункар, и уже успел его опробовать, с огромным успехом – Бриан разозлился, правда, зачем-то прибил своего нанимателя, но это уже его проблема.
-Он выйдет из себя. Будет весело. Займись этим. Прощай.
Джаред исчез. Спайк ещё с секунду посмотрел на то место, где он только что стоял и тяжело вздохнул. Эх, зря убил всех, есть-то хочется. Ничего, поищем, не может такого быть, чтобы абсолютно все обитатели этой деревни находились дома, хоть кто-то должен был уехать по делам, уйти на охоту. Вот именно он-то и станет жертвой для ещё не успевшего привыкнуть к вечному голоду молодого вампира. Через пару лет он привыкнет к нему, как привыкают все упыри, но пока надо есть. Иначе из вампира превратишься в высохшую мумию.
Но Джаред. . . Что-то в нём продолжало казаться странно знакомым. Не его внешность, не его необъятная мощь – тень его сознания. Где-то в Мирозданье есть место, где его люто ненавидят, где готовят гончих, натасканных именно на него. Гончих, что не переживут первого боя и потому не могут быть готовыми ко второму.
Конечно! Школа Валькирий! Ты выпил одну из них и вместе с кровью получил её воспоминания и её ненависть. Тебе достались тени Силы Джареда – и тени его деяний. Но этого достаточно. Ты ведь весьма неглуп и понять всё оказалось проще, чем сложить два и два. Когда-то Джаред убил основательницу Школы – и они желают уничтожить его.
Не означает ли это, что теперь они будут вести охоту на него, Спайка? Он вдвойне их враг – он вампир, зло, да к тому же приспешник Джареда. Таким, как он, нельзя топтать своими ногами землю ни одного из миров, ни даже Междумирья. Но он существует и он не собирается становиться жертвой каких-то обученных драться девиц. Он сам будет охотиться на них. Так уже было решено, но пока не встретилось ни одной. Но ежели попадётся – ей не повезло. Она умрёт и вампир с удовольствием пообедает ею.
Мечтания Спайка прервала хрустнувшая ветка. О, жертва на подходе! Сначала немного поразвлечёмся, а потом можно будет и сожрать.
Из-за деревьев вышла девушка. Невысокая, некрасивая, на лице шрамы, делающие её похожей на ободранную кошку, бледная синюшная кожа, свидетельствующая о гложущей её болезни – любой нормальный вампир побрезговал бы такой, но только не Спайк – ему и есть хотелось, и не грозила опасность заразиться. Не только потому, что он – истинный, но и оттого, что человеком он никогда не был, сын шихта и Вольного.
-Что. . . Что это! – в лепечущем голосе девушки чувствовался панический ужас, он же переполнял беспомощно рыскающие по поглоданной Нечто земле глаза.
-Немного переборщили с колдовством, - нет, голод ещё не настоль силён, чтобы накидываться на эту девчонку, даже не узнав, кто она и откуда – то, что не из этой деревни, было ясно по слишком добротной для крестьянки одежде и явно не дешёвому ожерелью на тонкой длинной шее.
-Но. . , - она испуганно оглянулась. – Мне должны были помочь, они. . .
-Тебя преследуют? – может сделать доброе дело, помочь этой девчонке и закусить её более упитанными преследователями?
-Да. Помогите мне! – в её глазах стояла мольба. – Пожалуйста, помогите!
-Что мне за это будет? – даже вероятность хорошего обеда не могла заставить вампира забыть о выгоде.
-Я. . . Я не знаю. Всё, что в моих силах, только помогите мне! Они считают меня оборотнем, они убьют меня, но я не оборотень, правда, я такой же человек, как вы!
-Тут ты ошибаешься. Я не человек, - сверкнули длинные клыки. – Но тщ-щ, - прижал он палец к губам. – Я не съем тебя. И я помогу тебе. А за это ты будешь молчать о том, что видела. Договорились?
Девушка кивнула. Всё же преследователей она боялась больше, чем вампира и это было приятно. Значит, не так он и отвратителен, как принято думать. Пройдёт ещё немного времени – и его перестанут отличать от обычных живых даже опытные охотники за нежитью.
-Сколько их?
-Четверо. И ещё семеро должны были быть здесь. Я боялась, что они. . .
-О них не беспокойся. Они наткнулись на меня, - нечего всяким встречным поперечным рассказывать о Джареде. – Троих укокошу, четвёртого слопаю.
-У них серебряные мечи.
-Насчёт этого не беспокойся. Спрячься. Они уже близко, - его вампирье чутьё определило, что те, от кого бежала девушка, совсем рядом, они уже почти достигли границы деревни и сейчас готовят своё снаряжение, чтобы остановить оборотня. Идиоты. Она не оборотень, а то, что их ждёт, не остановит теперь ничто.
Пара мгновений – и туда, где всего час назад была деревня, вышли охотники. Такие же, как и те, кого сгноил Джаред. Все они на одно лицо. И внутренности у них одинаковые. Красные. Сладкие.
-Добрый человек, - обратился к Спайку охотник. – Мы ищем девчонку. Оборотня. Ты видел кого-нибудь?
Они не удивлены? Странно. Они же должны были знать, что здесь произошло нечто ужасное, что совсем недавно жизней лишились десятки людей – и недаром на пепелище находится некто. Как они могут не понимать! Или они настолько бестолковы, что. . .
Нет, они не бестолковы. Вампир не может читать мысли, но может чувствовать их. Они перепуганы, они просто переполнены ужасом – и честь им и хвала, что не показывают этого. Их защитные амулеты чувствуют сильную магию неизвестного происхождения, по оружию проскакивают искры, предупреждающие о том, что не просто добрый человек стоит перед ними, и не видно у него никакого оружия – точнее, что он совсем не человек. Он то, на что они должны охотиться. Только много сильнее обычной нежити. И голоднее.
-Я не видел оборотня. Я вижу четверых идиотов, - Спайк словно провоцировал их, вынуждая напасть – по какой-то странной прихоти, возможно, одолженной у Джареда, начинать первым не хотелось.
-Ты посмел назвать нас идиотами! – вспылил второй охотник.
-Конечно. Вы все идиоты, - странно – будто сам Джаред говорит сейчас его языком. – Иначе. . , - глаза на мгновение вспыхнули жёлтым.
-Иначе что? – они уже поняли, им надо бежать – но ноги приросли к земле, оружие выпало из рук, забыты все заклятья, а в душе пустота, нежелание жить – скорей бы закончил, зачем тянет, зачем разводит разговоры?
-Иначе, - между губ сверкнули длинные клыки, - вам никогда не пришло бы в голову вставать у меня на пути.
Заклятье Пустоты далось много легче, чем с Нечто. Пустоту не приходилось удерживать – достаточно было нацелить и она сделала своё дело. Весьма полезная Сила, не для боя, но для переговоров. Сразу уступят – и заодно пожелают стать обедом. Как эти. Не так эффектно, как гниение или выворачивание наизнанку, но зато много более приятно. Они уже умерли, только пока не поняли этого.
-И кого же из вас мне выбрать? – Спайк обошёл кругом охотников, выбирая потолще. – Какие вы все сухие. Девочка, может быть ты подскажешь? – глянул он на вышедшую из-за деревьев девушку – и сам не поверил произошедшей в ней перемене.
Куда делось то испуганное забитое создание с синюшным лицом? Перед вампиром стояла воительница. Не амазонка – не чувствовалось в ней их крови и не женщина, выучившаяся владеть мечом. В ней чувствовалась Сила – и готовность умереть. Оружия не видать – но её тело, её руки – вот лучшее вооружение. И да, она готова погибнуть, только не настоль глупо, не от рук охотников за нежитью, почуявших её Силу, принявших её за оборотня.
-Ты валькирия, - Спайк не спрашивал – он утверждал.
-Я почуяла Силу Врага в этом мире. Ты владеешь ею – но ты не он.
-Ты опоздала. Он уже покинул этот мир, - а может слопать её? Хотя он обещал. . . Посмотрим.
-Куда он направился?
-Он мне не докладывает. Ты спокойно могла убить их – зачем этот спектакль?
-Я не хочу погибать, я хочу жить. Никто не выживает после первого боя.
-Я в курсе. Сейчас я могу убить тебя и сделать это так, что ты сама будешь умолять меня о смерти. Как они, - вампир кивнул на охотников.
-Можешь. В тебе много Силы и ты знаешь, как ею распорядиться. Но я могу выпить твою душу, она есть у тебя, хотя ты и вампир.
-Можешь. Но не станешь. Я обещал помочь тебе, а не убивать. Разойдёмся и забудем друг о друге, идёт?
-Если ты поможешь мне найти его.
-Скорее всего он сейчас в иной Реальности, за Границей, слышала о таких? Короче, он вряд ли в Мирозданье. А теперь, если тебя не затруднит, оставь меня, я хотел бы поесть.
-Я не буду мешать тебе. Ты дважды помог мне, вампир. Но это не означает, что в следующий раз я позволю тебе так же спокойно уйти.
-Следующего раза не будет, - Спайк знал, что говорит – он уже видел её смерть, не в облике Джареда, нет – просто одного идиота, оказавшегося на пути у другой идиотки.
-Тогда я погибну, пытаясь найти Врага. Даже если ты прав и его нет в Мирозданье.
Спайк ошибся. Джаред не покидал этой Реальности, он и не собирался этого делать. Пока не время. Пока ещё слишком рано. Погибель должен всё обдумать. Конечно, впереди у него вечность, но она имеет обыкновение проходить очень быстро – а что потом? Сближение Границ, как предрекла Ами? Или что-то другое? Как решит он сам.
Тонкая мужская фигура, затянутая в чёрное, стояла на просторах Междумирья. Когда-то он появился где-то здесь, на плоской равнине, в теле живого существа. Он должен был – и он был готов выполнить свою миссию, хотя и абсолютно не понимал, что она из себя представляет. Он не имел представления, для чего нужны руки и ноги, хотя знал, как они называются. Ему оказалась абсолютно не нужна острая железка на боку, переполненная магией, не шедшей, тем не менее, ни в какое сравнение с его собственными силами. Он избавился от неё в тот же миг, просто снял с пояса и бросил на то, что заменяло когда-то в Междумирье землю и от чего сейчас остались жалкие тропки, паутиной лабиринта соединяющие миры.
Это было миллионы лет назад. Тогда о нём никто ничего не знал. О нём и сейчас знают очень мало, но этого хватает, чтобы бояться. Они боятся и уважают его – и ненавидят, желают ему скорейшего конца. Желают все, без исключения.
Нет, тут же поправил он себя, не все. Спайк не желает, Ами знает, что он не умрёт и, напротив, хочет продлить его жизнь – и сократить свою. И это только в этой Реальности. Что же говорить о других? Но ненависти больше. Разве не этого он хотел когда-то – не ненависти, не любви, он знал, что такое любовь из воспоминаний того Джареда, известна была и ненависть, но эти чувства не были заложены в нём изначально, они не переполняют Реальности – а желание уничтожать, давить, показывать, что ты лучше – это есть во всех. Когда-то он извратил довольно миролюбивый народ шихтов – и последняя из них уничтожила свой родной мир, считая, что совершает благое дело. И другие Реальности не избежали подобного воздействия. Но только в этой на него ведётся настоящая охота.
Губы тронула лёгкая усмешка – конечно, он же может узнать ответы на все без исключения вопросы воспользовавшись Силой Познания, если только они были заданы правильно. Он может спросить о Погибели – так отчего же не спрашивает, отчего сам хочет что-то придумать – или спросить у тех, кто знает? Просто желание развлечься или намёк на остатки человеческого?
Глупо. Очень глупо. Такими темпами он скоро отупеет и перестанет отличаться от тех, кого называет глупцами. Стоит ли это всех затраченных времени и усилий? Не стоит.
Он не будет спрашивать. Пока. Он подождёт. Всё ещё успеется. Он решил не торопить Конец – так зачем менять своё решение? Раз решил – надо следовать намеченному плану.
И убивать тех, кто идёт по его следу. Спайк встретил одну из них, но не убил – и она отправилась в погоню. Дура. Она сдохнет, умоляя о быстрой смерти, но ей этого будет не дано. Она умрёт в мучениях, ещё более жестоких, чем его любимый способ убивать. Но она готова. Её для этого и готовили. Она ещё девочкой выбрала свой путь и решила не сворачивать с него – погибнуть только тогда, когда близка будет цель.
Она никогда не будет близка. Ни одна из валькирий не посмеет причинить ему вред. Не потому, что он не допустит – кожа крепче камня и одежда сносу не знает. Хорошо, что у того Джареда не было привычки рядиться во что попало и носить бороду до земли – она бы весьма мешала. Он в ловушке у этого тела – что ж, так даже интереснее. Погибели это очень даже нравится. Это развлекает.
Всегда думает о развлечениях – ему неоднократно говорили, что этим он похож на маленького ребёнка, требующего у нянек всё новые и новые игрушки, поскольку старые надоедают через пять минут. Что ж, пусть он избалованный ребёнок – но этому ребёнку пока не наскучило существовать между восемнадцатью Реальностями.
Ами, тебе долго ещё ждать смерти. Вполне возможно убить тебя хоть сейчас – но Элтаи вернёт тебя обратно и сам начнёт охоту на убийцу. Его не остановят Границы – и тогда Реальности перемешаются. Вместо того, чтобы просто исчезнуть.
Как было всегда – и как будет всегда.

версия для печати

Мнения, Комментарии, Критика

последние комментарии

vellior: Сильно написано! Захватывает. Удачи тебе!   (23.04.2009 4:26:14) перейти в форум

Ваш комментарий
От кого Логин   Пароль 
Сообщение
Можно ввести    символов
 
назад
Глас народа
Правила

Случайный автор

Vassago


Случайное произведение

автор: Максимов Илья


Форум

последнее сообщение

автор: Marie


актуальные темы


На правах рекламы

Сейчас на сайте
Веб-дизайн IT-Studio | Все авторские права на произведения принадлежат их авторам, 2002-2008