Портал молодых писателей Youngblood.ru Редакторы рекомендуют:
Не стреляй, Мирабель (фэнтези и фантастика)
Я хочу, чтобы у меня было фасеточное зрение (нечто иное)
Забытая гаубица для флейты (стихи)
Фантазер (фэнтези и фантастика)
этюд без правил для фортепиано (стихи)
без названия (стихи)
Творцы Миров (главы 1, 2) (фэнтези и фантастика)
вход на сайт
    
регистрация
расширенный поиск
Новости Youngbloob в RSS-формате
О проекте
Произведения
Общение
Справочники

с миру по нитке

Афоризм дня

Искусство романиста заключается в том, чтобы из короткой истории сделать длинную

(Феликс Поллак)

Rambler's Top100







Youngblood

Загадка острова Скелетов

Сантехлит>

Вы - 1294-й читатель этого произведения

Этот остров много лет назад купил для прозрачных людей. Он стал для них заповедным. Был безымянным, я нарёк его Коралловым. Теперь пришло время переименовывать в остров Скелетов. Под сенью огромной королевской пальмы они лежали ровно в ряд – останки последних мужчин уникального народа Земли.
- Рачки, - подумала Электра и довела до нас. – Песчаные рачки способны за считанные часы лишить тело мягких тканей.
- Но прежде кто-то или что-то лишили их жизни, - озвучил свою мысль.
- И они стали отражать свет, - подала голос Диана.
Островитянки мои держались. Не без помощи оптимизаторов, конечно, но слезам воли не давали. И воплям, и стенаниям.
А меня терзали угрызения – ведь это я заманил их сюда. А потом увёз женщин, и в момент нашего отсутствия разыгралась трагедия. Какая – предстоит выяснить.
- Билли, ты видишь то, что я? И какие соображения?
- Теряюсь в догадках. Версий нет. Поищи следы, улики, доказательства.
- Верно. Моим женщинам ничего не угрожает? Может, укрыть их на время в гидросамолёте или отправить на большую землю?
- Думаю, излишне - они защищены так же, как и ты. А помочь могут.
Билли, конечно, умел успокаивать.
Я обратился к дамам:
- Надо разбрестись - осмотреть окрестности. Что ищем? Всё необычное. Всё, чего здесь раньше не было. Что может пролить свет на случившееся.
Монитор раньше был, но стоял на берегу. А теперь лежит, занесённый песком, на линии прибоя. Следы искать бесполезно – смыты приливами.
И в ближайших кустах ничего не нашли. Мы разошлись в разные стороны.
Пару часиков спустя.
- Билли, никаких следов, улик и доказательств.
- Плохо ищешь.
- Возможно, но предпочитаю думать, а не бегать. Давай присядем и подумаем.
- Давай присядь и подумаем.
Я присел на поверженную пальму.
- Что имеем? Восемь скелетов, которые были трупами, а ещё раньше живыми людьми. Может быть, эти останки не прозрачных? Какие-нибудь мореходы забрели, ну и….
- Исключено. Дамы признали мужчин своего племени.
- Хорошо, пусть будут они. Что тогда? Массовое самоубийство от тоски? От душевных терзаний? От попрания вековых устоев – ослушание женщин?
- Слабенько. Прозрачные выглядели нормальными парнями с крепкими нервами.
- Может, вирус?
- Вдруг разом? Откуда?
- Вторжение? Зелёных чебуречков, например.
- Людей они похищали – были примеры. Но никогда не убивали.
- Однажды могли начать. В отместку - корабль у них похитили.
- Если нравится версия, пусть будет. Другие есть?
- Другие? Почему они лежат ровным рядочком? Чья-то прихоть или последняя воля?
- Загадка. Разгадав её, поймём, что здесь произошло днями назад.
- Билли, ты мыслишь стандартно. Ведь есть свидетели. Оглянись! Они вокруг – вода, песок, пальмы, цветы на кустах. Немые свидетели преступления. Сумей прочитать их показания, и мы будем знать виновника.
- Это хорошая мысль – научить пальмы говорить, цветы разговаривать, песок и воду песни петь.
- Смейся, смейся…. А фотографическая память? Ты никогда не слышал о свойствах предметов – живых и неживых – заносить в память всё увиденное и услышанное?
- Слышать-то слышал, но как подобраться к этой информации?
- Оптимизатором.
- Речь оптимиста. Потребуется сложная аппаратура, которую ещё нужно создать.
- Работы на месяцы? Билли, ты сам мне рассказывал о проводах, которые чуть не заслонили солнечный свет.
- Должны быть объективные предпосылки, чтобы однажды количество превратилось в качество.
- И ты уверен, что их ещё нет? Тогда, крайнее средство – мозговой штурм проблемы. Кинь клич по Земле.
- Ты слишком много ходил пешком и отстал от жизни. После самой первой мозговой атаки на Земле появилось с избытком желающих решать свои вопросы подобным образом. Силы распылялись, стихии лихорадило. Коллективным решением был создан Совет Распорядителей. В его ведении проводить мозговой штурм или нет.
- О господи, никуда без бюрократии. Как с ними связаться? Как их убедить?
- Можно избежать лишних проволочек, обратившись напрямую к Главному Хранителю.
- Ну, так обращайся.
- Ты будешь убеждать?
- Я.
Через несколько мгновений зазвучал во мне Любин голос.
- Да, милый.
- Бог мой! Ты – Главный Хранитель? Хранитель чего?
- Всемирного Разума.
- Что же не похвасталась?
- Ты не спрашивал.
- Логично. Хотя откуда мне знать? Постой, а твоя работа в ЦУПе, в космоцентре Кеннеди?
- Я работаю там, где интересно.
- Хорошо. Моя тема тебя заинтересует?
- Выкладывай.
- Я на острове Скелетов.
- Где?
- На Коралловом острове прозрачных людей. Только их здесь нет. Осталось восемь скелетов.
- Погибли все?
- Все мужчины. Женщины – Электра и дочь – были со мной в Москве.
- Так. Вы вернулись, а там трупы?
- Скелеты.
- Нужны криминалисты?
- Мы, конечно, не профессионалы, но никаких следов присутствия посторонних на острове не обнаружили. Никаких признаков причин трагедии.
- Что хочешь от меня?
- Разрешение на мозговой штурм проблемы….
- Я хотела бы взглянуть на место трагедии.
- Ты не дослушала. Есть молчаливые свидетели - я говорю о деревьях и травах, о воде и песке, чайках и бакланах. Как научиться общаться с живой и неживой природой – вопрос для Всемирного Разума.
- Ты против моего присутствия на острове?
- Знаешь, Дашу во сне видел недавно – она одобрила мой выбор.
- Гладышев, бабник мой ненаглядный, за кого боишься?
- Прилетай, я познакомлю тебя с дочерью – она чудо….
Как и мои, поиски Электры с Дианой результатов не дали – никаких признаков присутствия на острове посторонних. Думаю, если им не удалось, что тут делать всем прочим остальным? Обсудить этот вопрос вновь собрались у печальных останков.
Я поделился новостью – к нам летит Главный Хранитель Всемирного Разума.
Ликования не последовало. Дамы скорбели – ушли из жизни последние мужчины их незаурядного рода. Всё остальное – найдут ли убийц? накажут? – было второстепенным. Оставив Электру её горестным мыслям, попытался отвлечь Диану. Насобирал сухих стеблей плавуна, изобилие которых на линии прибоя, развёл костёр, принёс гитару с гидросамолёта.
- Споём?
- Разве можно в такие минуты?
- Каждому настроению придуманы соответствующие песни. Слушай….
- То не ветер ветку клонит, не дубравушка шумит
То моё, моё сердечко стонет….
- Жил на земле такой народ, - рассказывал я, - цыгане назывались. Любили кочевать, жечь костры в степи и петь под гитару. Они так любили жизнь, что провожали в последний путь навсегда усопших песнями и плясками. Люди удивлялись – скорбеть надо, а они веселятся. А ромалы (так они себя называли) считали – умерший был весёлым человеком и не любил слёз, так не будем его огорчать.
- И мы не будем, - сорвалась с места Диана. – Я сейчас.
Слетала на гидросамолёт, вернулась в широкой юбке и цветастой блузке.
- Эх, ма! Давай, папка!
Я ударил по струнам – цыганочку, так цыганочку.
Дочь пустилась в пляс, я аккомпанировал и исподтишка с Билли.
- Откуда это у неё?
- Из твоей седовласой.
- Но я ничего не почувствовал.
- Не боги горшки обжигают – научилась Диана пользоваться твоей памятью, не смущая присутствием.
- А мне приоткроешь её мысли? Хоть одним глазком….
- Сдаётся мне – не совсем этично. Девочка молода, горяча – ну, как поймает на месте преступления?
- А она может?
- Она много чего может.
- Ну, ты-то знаешь, о чём она мечтает?
- Я знаю.
- И?
- Мечты её чисты и прекрасны – поверь мне.
- Верю. Иначе и быть не может.
Последний раз ударил по струнам.
Диана прыгнула коленями в песок:
- Устал?
- Нет, но послушай.
- Когда весна придёт – не знаю….
Диана подхватила:
- Пройдут дожди, сойдут снега….
Мы пели дуэтом и во все глаза смотрели на Электру – перестань скорбеть, милая, мы живы, мы вместе, и это главное.
Может, со стороны покажутся кощунством песни и пляски над непогребёнными останками. Но за прожитые годы так часто терял дорогих и близких людей, что научился относиться к факту смерти философски. Или считаете, с воем и плачем лучше коротается ночь? Ну, тогда – каждому своё. Мы встретили наступающий рассвет с гитарою у костра.
Боялся ли я встречи с Любой? Положа руку на сердце – да. Она могла, взглянув на Электру, прищурить глазки, надуть губки и процедить: «И вот на эту ты меня променял? Эх, Гладышев, Гладышев….». Но она этого не скажет. Я знал. Потому что светоотражающая Электра – само совершенство женской красоты. Потому что твёрдо решил – хватит блукать по свету, пора остепениться, осесть и жить спокойно с любимой женщиной. Для осёдлой жизни очень подходила московская квартира, некогда подаренная маме её отцом генералом. А любимой женщиной будет Электра. Любаше останется то, что она больше всего желает – хранить Мировой Разум. Жестоко? Подло? А что делать? Не принимала душа Любин вариант коммунальной семьи. Теперь ждал и страшился визита на остров Скелетов моей законной половины.
Люба прилетела в полдень. Одна. Я почему-то ждал своры криминалистов.
Её, похожий на тарелку инопланетян, летательный аппарат вдруг пал с небес, завис на мгновение и плавно опустился на песок пляжа.
Эффектно.
Точно так же появилась Люба.
Спустилась по люк-трапу. Одним взглядом оценила обстановку и стёрла с лица ослепительную улыбку. Подставила мне щёку. Пожала руку Электре, стрельнув по ней быстрым взглядом чёрных глаз. Осмотром Дианы осталась довольна. Задержала её пальчики в своей ладони, пригладила роскошные девичьи волосы:
- Ух, ты какая!
- Это они и есть? – кивнула на останки восьми мужчин. – Ты говорил, прозрачные.
- Билли, - попросил тайком, а вслух – Взгляни на Электру.
Стараниями виртуального помощника аборигенка моя вновь перестала отражать свет.
- Ух, ты! – Люба вздрогнула от неожиданности, увидев на месте Электры лишь её одежду.
- Билли.
Электра вернула своё лико белому свету и чуть качнулась в извинительном поклоне.
- Впечатляет, - согласилась Любаша и вновь обратилась к останкам. – Тело прозрачно при наличии сознания?
Я развёл руками – очевидно.
- Это произошло здесь? – Люба обошла строй вытянувшихся на песке скелетов. – Их ни откуда не могли перенести?
- Следов мы не обнаружили.
- И этот исполин всё видел? – Любовь Александровна подошла к королевской пальме, пошлёпала ладонью почти бетонный ствол. – Всё видел и молчит? Не хорошо. Может, плохо спрашивали?
Куражится Главный Хранитель Всемирного Разума. Никогда не подозревал жену в театральных потугах.
Кажется, и она поняла, что переигрывает. Сменила тон.
- Будем совещаться.
Увидела тонкий дымок над углями ночного костра, направилась к нему. Присела, указала место напротив.
- Расскажи, Гладышев, свою задумку.
Я пристроился у костра, разворошил угли, подбросил сухих стеблей.
- Если говорить конкретно об этой пальме – ты же не будешь отрицать, что она такой же организм, как мы с тобой. Конечно, более низкого уровня.
Сказал, подумал и поправился.
– В чём-то. Но все основные функции жизнедеятельности ей присущи. У неё нет наших ушей, но она слышит.
Потрепал себя за мочку.
Люба подхватила:
- Нет глаз, но видит. Нет носа, но чихает – будь здоров.
- Твоя ирония от неспособности понять или принять?
- Не зарывайся, Гладышев. Ты меня о помощи просишь или я тебя?
- И ты способна сейчас встать и улететь?
Наши взгляды скрестились – сталь звякнула о сталь.
- Хорошо, - сказала Люба после продолжительной паузы. – Что ты предлагаешь?
- Интересующую информацию от этой тропической красавицы можно получить двумя путями. Проникнув в её память волюнтаристически, то есть, с помощью приборов. Или гуманно – найдя контакт с её душой.
- Бред.
- И тем не менее.
- Тогда я сторонница волюнтаризма.
- Очень жаль….
На этом совещание было исчерпано. Мы расстались весьма недовольные друг другом.
Люба уединилась на летательном аппарате до самого вечера. Думаю, советовалась с Распорядителями. Я успокаивал прекрасных аборигенок.
- Что происходит? – печалилась Электра.
- Она поможет? – дула губки Диана. – Зачем тогда прилетела?
Перед закатом Люба прислала весточку:
- Зайди.
На её личном летательном аппарате кроме пульта управления, совмещённого с рабочим кабинетом, присутствовала уютная спаленка.
- Ты знаешь, не готова к оргиям. Останешься у меня? – голос призывный, воркующий, голос горлицы из гнезда.
Это месть, сразу сообразил. Мне за мои измены. Электре за её красоту. Диане за то, что она есть….
Как подло, подумал, и остался.
- Этот аппарат сделан по принципу UFO, у него есть антигравитационное поле. Хочешь, займёмся любовью в невесомости?
Нет, такого повидла мне не надо. И не снял с руки оптимизатор. Даже помолился:
– Билли, помоги.
…. Звучала органная музыка. Люба рисовала пальчиком круги на моей груди. Я подумал – время.
- Ну, и что вы решили на Совете Распорядителей?
- Чш-ш-ш! – жена прикрыла мой рот ладонью. – Все дела, все разговоры завтра. Просто лежи и слушай.
- Билли, - обратился к помощнику. – Мне нужна эта ночь. Все должны спать.
Вскоре Любино дыхание оповестило, что в тарелке бодрствую один. На песчаном бреге спали Электра с дочкой. Полная луна отражалась в лагуне. В её серебристом свете белели скелеты некогда прозрачных людей.
- Ты собираешься исполнить то, что задумал?
- Да, Билли. Я хочу, чтоб моя душа покинула тело и нашла контакт с душой королевской пальмы. Поможешь?
- Ты в своём уме?
- Пока да, и теле своём. Не дрейфь. Вспомни, какие дела уже творил. Костя умудрился спасти себя в оптимизаторе. Ты помог ему создать контактор – прибор для перемещения душ. Собственно, что такое душа? Искра Божья в бренном теле. А жизнь? Это временное обладание дарованной оболочкой. Душа бессмертна – конечен срок у оболочки. Ты сам это внушал. Почему теперь сомнения? Может, этот исполин когда-то был римским гладиатором – мы с ним поладим. Ну же, Билли, смелее. Найдём к нему подход, и он нам всё расскажет.
Я сел, прислонившись спиной к стволу пальмы. Откинул голову, чувствуя затылком твёрдость и прохладу бетона.
- Ну же, Билли, смелее, смелее….
- Будь осторожен, Создатель, я храню твою оболочку, а выпорхнувшую душу….
Я, наверное, уснул, а душа моя воспарила….
Никуда она не воспарила – каким-то членистоногим насекомым (скорее муравьём) засеменила вверх по вспененной и остывшей пемзе ствола. Где тут вход во внутренние покои? Мне надо поскорее добраться - солнце скроется, муравейник закроется.
Нет никого солнца. Неопределённое время суток, непонятен источник света. Может, и света никакого нет. Зачем свет, если у меня нет глаз. Рта, носа. Ничего нет. Есть движение и ощущение окружающего.
Всё так огромно для меня малюсенького.
О, Господи, спаси и сохрани – сам того пожелал.
Может, это не душа моя? Может, я действительно превратился в муравья? И меня вот-вот склюёт какая-нибудь птичка?
Лучше бы, ты, Билли, сделал меня пиратом – скитальцем морей. Ступил на берег, а тут красавица пальма отдыхает. Вот мы познакомились, разговорились. Я биолог по образованию – мне с флорою на «ты» сам Бог велел. А с букашкой-таракашкой кто захочет общаться?
Куда лезу – вверх, вниз? Может, уже внутри? Какие-то проходы, каналы. Пролезть-то можно, да как бы ни заблудиться – их тут целый лабиринт.
Всё ясно – это древесные волокна. Значит, я не муравей и даже не личинка. В лучшем случае – бактерия, в худшем – одноклеточное существо. Да с таким исполинская пальма и общаться не захочет.
Откуда у одноклеточного ноги? Или это не ноги? Или я не бегу по бесконечному коридору? Может, скольжу? Уж лучше бы лететь.
Бегу-скольжу-лезу. Время идёт. Сколько прошло? Час? Ночь? Год?
Ни что не меняется. Нет усталости. Нет конца пути.
Ощущение – бегу по кругу. По кольцу. Внутри кольца.
Где тут обиталище духа? Тук-тук-тук. Отворите несчастному, а не то он выломает дверь. Бред – двери нет, нет и сил что-нибудь ломать. Бесконечное движение по тоннелю без конца. Где-то тут мне каюк придёт.
Моё тело, лишённое души (или лучше сказать – сознания?) станет лёгкой добычей песчаных рачков. Они лишат его мягких тканей, оставят отполированные кости. Не в этом ли разгадка острова Скелетов? Не в этих ли бесконечных коридорах королевской пальмы заблудшие души прозрачных людей?
Нет. Сдаётся, не такие они глупцы.
Вот ты, то есть я – глупец, каких поискать. До чего додумался – найти тайник души королевской пальмы. Кинулся наобум – и результат. Ешьте меня жители прибрежных нор.
Но моё тело не съедят рачки - Билли хранит его.
Только для кого? Мне отсюда, похоже, не выбраться.
Может, хватит бегать? Пора уже понять, что этот путь не ведёт к цели и не стоит суеты.
Остановиться, и что делать?
Думать. Мне осталась одна, последняя функция жизнедеятельности – мышление.
Сейчас сяду на спину (или брюшко?) и буду думать. Только думать и ничего больше.
Кажется, остановился. А может, нет? Ничего не изменилось.
Боже, не сошёл ли с ума? Впрочем, нет – сумасшедшие не сомневаются в своём здравомыслии.
Надо двигаться. Так остаётся надежда. На что? На возвращение, конечно.
Как огромен внутренний мир обыкновенной пальмы. Просто необъятен. Или я ничтожен?
Мне кажется, что-то слышу. Или кажется?
Есть ли у меня слух?
Зрение?
Но ведь вижу. Серые стены бесконечного тоннеля. Серые и сырые.
Красиво здесь?
Как может быть красив пищевод?
Пищевод? А почему нет? Сейчас каналом хлынет желудочный(?) сок, и мне каюк.
Нет, об этом не стоит думать – страх плохой помощник в любом деле.
В моей душе нет страха.
Бармалей, Бармалей – выходи поскорей.
Но не слышит Бармалей.
Зря я сюда сунулся. Опрометчиво.
Если сам не смогу выбраться, в конце концов меня могут найти. Помогут выбраться. Теперь надо думать, как здесь жить.
Жить можно, но уж больно скучно – не с кем словом перемолвиться. Поспорить, разозлиться, полюбить. Всё человеческое стало чуждым. Не то слово. Недоступным – так надо выразиться. Хотел бы да не могу.
А может, суета земная отвлекает мыслительный процесс, сбивает на мелкие частности? Вот сейчас самое время взяться за ум. А что ещё делать, коль ни рук, ни ног?
Нет, Гладышев, нет. Ты сейчас ищешь оправдания. Ты не нашёл прохода к пальмовой душе. Ты заблудился в лабиринте её тела. Ты сдался и ищешь оправданий.
А что делать?
Только не бежать, только не семенить своими членистыми отростками.
Напрягай душу. Поставь ей вопрос ребром – или ты вырвешься отсюда, или ты на хрен такая нужна.
Вот это правильно! Люди силою ума горы ворочают, стихии укрощают. А ты…. Ну-ка напрягись…!
А-а-а! Лопни мои глаза, если я отсюда не вырвусь. А-а-а!
…. Очнулся от оглушительного грохота в ушах. Казалось, ору – ору что-то истошно. И не могу остановиться. Нет, не ору. И рот закрыт. А грохот? Это прибой грохочет. Это птичий гомон. Это голоса…. Обычные голоса, но как раскаты грома. И птицы радуются солнечному дню – не более того. И прибой…. Отчего ж так слух обострился?
- Гладышев, ты…. ты живой? – Люба, наклоняясь, заглядывает мне в глаза. – Ожил! Ну и напугал ты нас.
Она целует меня. Она заслоняет собой весь мир. Еле сдерживаюсь, чтобы не оттолкнуть её.
Вижу дочь. Диана смотрит на меня и плачет, размазывая кулаками слёзы по щекам. Она не кидается мне на шею (а вижу – хочет) потому, что стесняется Любы.
В стороне Электра. У неё вид утомлённой шаманки араваков. У неё растрёпаны волосы.
- Что произошло?
- Что произошло? Ты был в коме пять суток, - Люба пытается поднять меня на ноги. – Идём в летательный аппарат. Тебе надо отлежаться.
Я отстраняю её:
- Мне надо отсидеться.
Делаю знак дочери. Она бросается мне на шею. Люба отходит, недоумённо пожимая плечами.
У меня осталась свободной ещё одна рука. Маню Электру. Она пристраивается подмышку.
Мы в три пары глаз смотрим на Главного Хранителя Всемирного Разума.
Люба, недоумённо пожав плечами, уходит….
- Билли, теперь ты объясни, что произошло? Откуда этот грохот в ушах?
- Сейчас, сейчас, всё улажу.
- Ты меня настраиваешь? Как приёмник?
- А ты ещё не свыкся с мыслью, что тело лишь функциональный механизм, требующий настройки, ремонта, и, в конце концов – утилизации?
- Привыкну. Дальше.
Слух нормализовался. Билли продолжил.
- Ты помнишь – мы затеяли рискованный эксперимент? Твоя душа покинула оболочку и заблудилась (верно?) внутри этой пальмы.
- Да, кажется, так всё и было. Как же я нашёлся?
- Не знаю доподлинно – могу только предположить.
- Валяй.
- Либо ты сам выбрался. Либо тебе помогла Электра. Она сняла оптимизатор и стала медитировать.
- Я не помню там Электры. Впрочем, не помню вообще сам факт возвращения. Только последствия….
- А что было?
- Ничего не было кроме лабиринта….
Я слышу голос (голоса?), он (они?) возникают внутри меня. Они поют – они рождают звуки, похожие на песню. Это песня мужественного, много пережившего народа. Это песня ушедшего народа.
И без подсказки понимаю: Электра поёт гимн прозрачных людей. Возможно, она поёт несколькими голосами. Наверное, её память доносит песню, когда-то исполненную далёкими предками.
Она прекрасна! Она вдохновляет. Ко мне возвращаются силы. Спасибо, родная!
- Билли, почему эксперимент не удался?
- Потому что изначально был замешан, как бред сумасшедшего.
- Ты консерватор.
- Только себя не мни новатором.
- Обиделся?
- Своим дурацким упорством, ты чуть не опрокинул мои надежды на вечное с тобой сотрудничество.
- Я буду бессмертен? Позволь обрадовать Электру.
- Пусть будет ей сюрпризом….
На следующий день в лагуну вошло научно-исследовательское судно, нашпигованное аппаратурой. И очень деловой командой. Люди в белых комбинезонах подняли на борт останки прозрачных. Подстрекаемый тревогой Электры, напустился на Любу.
- Что вы собираетесь делать?
- Ты правильно понял – не сидеть под пальмой сложа руки. Кстати….
Главный Хранитель отдал приказ. Люди с корабля вооружились…. Наверное, это были лазерные пилы. И намерения их….
Я бросился к пальме:
- Не дам! Валите к чёрту! Это мой остров.
Вмешалась Люба.
- Гладышев, частная собственность давно упразднена. Твои права на остров устарели. Всё для всех – теперь такой принцип на Земле.
Вытянутая вперёд рука сжата в кулак, на запястье оптимизатор.
- Убью всякого, кто приблизится.
В душе кипит и пенится, как молоко в кастрюле, Билли:
- Ты с ума сошёл. Тебя лечить надо. Угомонись.
- Лучше уведи этих ребят - слишком бравые, как бы дров не наломали.
- Чёрт с тобой! – машет Люба рукой. – Оставьте его с этой ракитой.
Экипаж грузится на судно. Люба скрывается на своём летательном аппарате, так напоминающем тарелку гуманоидов. Он поднимается, зависает и плавно опускается на ютовую палубу исследовательского судна.
Лагуна опустела. На черте горизонта спекается в точку силуэт корабля.
Что это было? Визит Главного Хранителя на остров Скелетов? Вот именно. Прилетела, посмотрела и увезла останки прозрачных людей. Теперь их будут расщеплять, сканировать, бомбардировать электронными потоками. В интересах науки. Это я знаю и виновато смотрю на своих прекрасных аборигенок. Простят ли?
Кажется, меня не осуждают.
Мне очень хочется знать, что предпринимала Электра для моего спасения.
- Что было со мной? Я ничего не помню.
- Ой, папка! Мы думали, ты спишь. А ты спишь и спишь. День, второй, третий…. Хранительница связалась со своими, попросила помощи. А они: мы уже на подходе. Тогда мама сказала: я верну его. Тебя….
- Ты нашла меня там? – спросил Электру.
- Я попросила отпустить тебя.
- Кого попросила?
- Его.
- Его? – кивнул на небо.
- Его, - Электра указала на королевскую пальму.
- Ты вступила в контакт с её душой?
- У этой пальмы мужское начало.
- Хорошо. Пусть будет. Ты можешь с Ним общаться? А расспросить о судьбе последних мужчин своего народа?
- Я тоже могу, - похвасталась Диана. – И расспросить.
- Тогда мы можем всё узнать. Но это не опасно?
- Для непосвящённых может быть.
- Тогда чего мы ждём?
Билли влез некстати:
- Женщины тебя дурят.
- С чего ты взял?
- Они одухотворяют то, в чём нет и быть не может души. Это религия их народа. Ты идёшь на поводу.
- Предложи что-нибудь разумнее.
- Не надо ссориться с Хранителем Разума. Лучше попроси прощения. Скоро станут известны подробности трагедии имевшей место здесь случиться.
- А мы узнаем прямо сейчас, - и вслух. – Верно я сказал?
- А что ты сказал? – это Диана.
- Я сказал: давайте вместе спросим у Его Величества Королевского Пальма, что он имеет сказать по факту случившейся здесь трагедии.
- Ты не боишься вновь туда? – Электра заглянула мне в глаза.
- Мы же будем вместе.
- Только это надо снять.
«Этим» был оптимизатор.
- Не делай этого! – взбунтовался Билли.
- Отдохни, приятель.
Мой оптимизатор лёг на песок рядом с двумя другими.
Мы взялись за руки.
- Тебе не страшно, папка?
- Я самый смелый на свете папка….
Второй поход моей души за пределы тела совершенно не походил на первый. Я не превратился в муравья, ни в какую другую тварь…. Я остался самим собой. Более того – стоял, где стоял, и держал за руки своих милых дам.
Мир вокруг начал меняться с невероятной быстротой. По небу вскачь понеслись облака. Волны превратились в рябь, а приливы стали зримы. Солнце закатилось в обратную сторону. Луна поменяла направление движение. Дневное светило вынырнуло из-за горизонта с западной стороны и погналось за ночным.
Вся эта свистопляска сопровождалась нарастающим воем – должно быть, ветра.
- Что происходит? – попытался послать отчаянный вопль.
- Молчи, - принёсся ответ.
Но я и сам начал понимать – время повернулось вспять. И сейчас я увижу….
Десять раз день сменил ночь, и на одиннадцатый я увидел Его.
Я увидел всё.
Восемь мерцающих мужчин поднялись с песка, где лежали недвижимым ровным рядочком, и обнаружили признаки живых особей.
О чём они говорили с Ним, понять невозможно даже по жестам – так велика была скорость течения времени. Но это частности. Я видел жертвы, преступника и орудие преступления.
- Всё, - послал мысленный сигнал. – Достаточно….
…. Мы стояли на берегу лагуны, взявшись за руки. Блистало солнце на небосводе и воде. Птицы гомонили. Остров жил своею жизнью….
- Простите, - сказал дамам, надел оптимизатор и пошёл прочь.
Углубился в чащу, прилёг в тенёчке.
- Прости, Билли. Ты оказался прав. Никакой души у пальмы нет. Мои распрекрасные умеют поворачивать время вспять.
Билли не радовался своей победе.
- Ты сейчас в здравом уме и добром рассудке?
- Есть сомнения?
- Никому не дано поворачивать время вспять. Уж лучше верь в одухотворённость флоры.
- Я видел его – погубителя прозрачных.
- И кто он?
- Мой брат Костя.
- Ты видел, как он напал, лишил жизни?
- Лишил, своим контактором. Но впечатление – они сами на это согласились.
- Вот видишь. Думается, Константин Владимирович сумел их в чём-то убедить. Быть может, обещал другие оболочки в других условиях.
- Весьма правдоподобно. Парни тяготились своим бесплодием. И не такие они бессмертные, как им казалось. Только зачем всё это Косте?
- Предстоит понять.
- Как попал сюда? Контакт завязал? Убедил?
- Вопросов больше, чем ответов. Надо будет поработать.
- Знаешь, Билли, я устал. Устал от всего – от подлости родных, интриг близких, лжи любимых. Хочется отдохнуть. Лета мои - пенсионные.
- Оболочка твоя ещё ничего. Хочешь, поменяем? И неужели ты оставишь эти вопросы невыясненными? А вдруг твои прозрачные друзья в плену контактора? А может, они заложники, и Константин Владимирович за них что-нибудь потребует?
- Устал. Отстань, а то сниму.
Билли умолк, и оптимизатор снимать не пришлось. Я уснул под шелест пальмовых крон.
…. Мне снился сон, как дивный фильм. В бескрайнем море я дельфин. Вода ласкает, освежает. И солнце, радуя, блистает. Мой ум при мне. И тайны океана все ….
- Билли, ты, как всегда, не вовремя.
- Любовь Александровна просит выйти на связь.
- Да, милая.
- Оклемался? Наверное, зря тебя там оставила. Гладышев, обследоваться надо. Такие потрясения одно за другим.
- Пожалела?
- Ты мой муж. Единственный.
- В природе так и должно быть. Священная книга мусульман учит: сколько сможешь прокормить, столько и бери жён. А муж должен быть один.
- Кормилец ты наш. Мы сделали спектральный анализ непрозрачных останков прозрачных людей. По нему восстановили происшедшее с высокой степенью вероятности.
- А я тебе без всякой вероятности скажу – это Костиных рук дело.
- Знаешь подробности?
- Души прозрачных у него на контакторе.
- Как думаешь, зачем?
- Время покажет.
- Поторопить его не хочешь?
- К чему?
- Понятно. Твои дальнейшие планы?
- Возвращаюсь в Москву, с Электрой и Дианой.
- Цель?
- Будем жить-поживать и добра наживать.
- Хочешь, чтоб оставила тебя в покое? Не получится. Без компромисса не получится.
- Что хочешь?
- Отдай мне Дианочку.
- Чтобы ты ставила над моим ребёнком научные опыты?
- Дурак ты, Гладышев. Я ведь люблю тебя, а в ней твоя частица.
- Я подарю тебе свой портрет.
- Хорошо. Прилечу за ним в Москву….
Диалог закончился. Можно сказать, оборвался. Образно – Люба бросила трубку.
- Билли, меня больше нет ни для кого. Я хочу досмотреть сон про дельфина. Помнится, ты предлагал оболочку поменять. Вот и подумаю на досуге. Крути свою киношку.
- Электра просится на связь.
- Что могу сейчас сказать? Мне надо подумать, подготовиться. Дай понять, что сплю.
Тут же искры из глаз – будто дрыном по голове.
- Папка что с тобой? Ты в порядке?
- О, Господи! Диана, ты врываешься в мозг, как шаровая молния.
- Прости папочка, но мы волнуемся. Ушёл, молчишь….
- Лети сюда. Найдёшь?
- А то.
Не прошло и минуты, как Диана, оседлав ветку тропического дерева, болтала ногами надо мной.
- Ты чего сюда забрался?
С дочерью не хотелось кривить душой.
- Осерчал. Вы наплели мне про душу пальмы, а сами просто прокрутили время назад. Не понимаю, правда, как.
- Ой, а мама и не знает, что ты губы дуешь – беспокоится.
- Что, трудно было истину сказать?
- Да мы не врали. Ты что! Вот мама тебе всё расскажет.
Подошла Электра.
- Ну-ну, расскажи мне про душу пальмову.
- Всё, что мы видели, запечатлено на наружных тканях его ствола. Каждую минуту, час, день он растёт, а всё вокруг происходящее отражается и покрывается новым слоем. Я попросила дух дерева показать события того дня, и он немного «похудел» для нас.
- Гм, мне надо подумать.
Изобразил сосредоточенность на лице и к помощнику.
- Билли?
- Похоже на правду.
- Значит, у пальмы есть душа?
- Есть, если твои дамы не умеют «раздевать» деревья телепатическим образом.
- Зачем им врать?
- Ну-ну….
Мир в семье был восстановлен.
- Прости меня, - протянул руки Электре. – Присядь рядом.
Губы наши встретились. Как долго они были в разлуке. Как жарко они слились. Мы забыли обо всём на свете.
- Несчастный я ребёнок, - Диана взмыла с ветки и понеслась прочь.
- Завтра мы улетаем в Москву. Там у тебя будет много хороших друзей, - послал ей вслед благую весть.
- Не хочу завтра, хочу сегодня, - её оглушительный ответ вышиб из меня слёзы (хорошо не сопли).
- А может, правда, сегодня? – робко предложила Электра.
- Тогда поспешим, - привлёк к себе любимую.
Как не спешили, комкая ласки, улететь тем днём не удалось – Диана пропала. Вернулись на берег к гидросамолёту – нет дочери. Искали, звали – безуспешно.
- Ты же можешь с ней общаться телепатически, - упрекал Электру.
- Поставила блокаду связи, - пожала та плечами. – Она это может. Не раз проделывала.
- Долго будет дуться?
- Бывало, на недели пропадала.
- О, Господи.
Пошёл другим путём.
- Билли, где моя дочь?
- Могу сказать, где её оптимизатор.
- Ну, и….
- А вот пройдись-ка….
Оптимизатор висел на сухом сучке кустарника.
Чёрт! Чёрт! Чёрт!
- Я не могу потерять дочь.
- Да что с ней случиться? Эта среда ей родная. Её способности беспредельны. Смотри, как спокойна Электра.
- Скажи, Билли, что постыдного и крамольного в любовных утехах? Почему из-за них теряю близких людей?
- Не великий специалист в таких делах, но попробую. Думаю, всё дело в детском эгоизме. Диана на миг себе не могла представить, что у беспредельно любящей её мамы, может появиться увлечение, в котором и места дочери не должно быть. К тебе, впрочем, такое же требование. Теперь Костя. Он боготворил свою мать, и хотел с тобой дружить. А вы….
- И?
- Когда рядом дети, надо сдерживать свои чувства.
- Весь секрет?
- А ты думал.
- Что теперь делать?
- Ждать.
- Ну, уж нет!
- Тогда побегай по острову, поаукай.
Нет, дорогой. Ты думаешь, а я чувствую - посмотрим, чья возьмёт.
Предупредил: будешь вмешиваться – сниму. И занялся подготовкой к вечеру. Натаскал плавуна, сухих пальмовых веток, сучьев кустарника. Развёл костёр. Когда через лагуну, серебрясь, пробежала лунная дорожка, тронул струны.
- Над окошком месяц, под окошком ветер
- Облетевший тополь серебрист и светел
- Дальний плач тальянки, голос одинокий
- Он такой желанный и такой далёкий….
Чувствовал, Диана где-то рядом. Пусть не поёт, но не слушать она не может.
Она ребёнок, дуется за обиду, невольно нанесённую. Но и одиночество не панацея – в общении легче.
Бросал на Электру испытывающие взгляды – чувствует ли присутствие дочери?
Моя возлюбленная была грустна и задумчива.
И она стыдится нашего порыва?
О, Господи, надо было тебе придумать такую страсть, чтоб за неё потом карать?
Ничего, ничего, милая, всё образуется. Вернётся дочь, и мы улетим в Москву. Я покажу вам столицу некогда могучей страны – моей Родины. Вот послушай.
- Простор небесный сизокрыл и тишина кругом
- Мне уголок России мил, мой добрый отчий дом
- Стою, не глядя на часы, берёзкам шлю привет
- Такой невиданной красы нигде на свете нет….
Звуки рождали гитарные струны, мои голосовые связки. Они поднимались с дымом костра. Ночной бриз уносил их в лагуну. И возвращал эхо.
- Уголок России – отчий дом
- Где туманы сини за окном
- Где твои немного грустные
- И слова, и песни русские….
Всё получилось, как задумал.
- Билли, она уже во мне?
- Мудрец. На живца ловишь?
- Как ты можешь? Она же ребёнок.
Это для Билли, а сам решил – ловушку надо захлопнуть. Отложил гитару, привлёк к себе Электру. Примостил её голову на своем плече, зашептал на ухо.
- Когда Даша была беременна, мы ложились вот так рядом, прижимались животами, и создавали семью. А наш ребёнок был между нами.
- Это была Анастасия? – Диана возникла в моём сознании.
- Это была твоя сестра Настя. Ложись в середину - мы создадим семью.
Дважды Диану уговаривать не пришлось. Она была прозрачна, но вполне телесна. Втиснулась между нами и хихикнула, щёлкнув меня по носу.
- Не велик младенец?
- Тебе не следует снимать оптимизатор. Он обучит тебя многим-многим наукам, и ты не будешь белой вороной среди московских сверстников.
- Я буду прозрачной вороной….
За пустой болтовней мир в семье был восстановлен.
Наутро мы улетели в Москву.

А. Агарков. 8-922-701-89-92
п. Увельский 2009г.

версия для печати

Мнения, Комментарии, Критика

последние комментарии

Ваш комментарий
От кого Логин   Пароль 
Сообщение
Можно ввести    символов
 
назад
Глас народа
Правила

Случайный автор

SUTKIRU


Случайное произведение

автор: snusmumrik


Форум

последнее сообщение

автор: Marie


актуальные темы


На правах рекламы

Сейчас на сайте
Веб-дизайн IT-Studio | Все авторские права на произведения принадлежат их авторам, 2002-2008