Портал молодых писателей Youngblood.ru Редакторы рекомендуют:
На запах шоколада (стихи)
Целитель (фэнтези и фантастика)
Дождь (фэнтези и фантастика)
Хроника глобального бреда - кн.2, ч.1 (фэнтези и фантастика)
FM (f...n’ magnitola) (стихи)
Звезданутый (фэнтези и фантастика)
Полураспад женщины (стихи)
вход на сайт
    
регистрация
расширенный поиск
Новости Youngbloob в RSS-формате
О проекте
Произведения
Общение
Справочники

с миру по нитке

Афоризм дня

Писатели – инженеры человеческих душ, а инженеры писательских – критики

(Славомир Мрожек)

Rambler's Top100







Youngblood

Демон

kittyanuta>

Вы - 354-й читатель этого произведения

Маленький роман о студенческой жизни молодых музыкантов...



***

Я знала, что с моей новой соседкой по комнате мы обязательно подружимся. Да не то чтобы подружимся, а прекрасно сладим теперь уже в новом для меня жилище.
Тогда я училась на первом курсе музыкального училища и жила в самом обыкновенном общежитии. Ах, первый курс! Наверняка для каждого бывшего студента это время остается в памяти на всю дальнейшую жизнь. Множество глупостей, прогулки поздними вечерами, опасные приключения, захватывающие ситуации, бури эмоций.. Радость, слезы, отчаяние, гнев и ликование… И, конечно же, в памяти теперь целый ворох историй, которые вряд ли можно забыть.
Где же, если не в общежитии, можно изменить свои детские взгляды на жизнь взрослыми и научиться, в конце концов, этой жизни?
Но вот только что же это такое, эти самые взрослые взгляды на жизнь?

Спустя полгода после начала учебы я переселилась в другую комнату, к четверокурснице. Первую пару дней на новом месте меня помучивало стрессовое состояние и полная безысходность, так как после первых новогодних каникул в этом училище, безмятежно проведенных мною дома в уютной семейной обстановке, мне отнюдь не хотелось ехать сюда. Все еще казалось слишком новым и незнакомым.
Неужели первые полгода учебы, которые казались вечностью, не смогли побороть ностальгию?
Да, они действительно этого не сделали, и желание вернуться домой, усесться перед голубым экраном и забыть обо всех проблемах не покидало меня довольно часто. Особенно - во время привыкания к новому месту жительства…






1

В комнату вошли два парня, однокурсники Тани.
- Знакомься, Аня. Это Олег, а это – Дима, - поспешила познакомить меня с молодыми людьми моя новая соседка по комнате одним прекрасным вечером.
Наше училище не славилось большим количеством учащихся, но, как ни странно, в лицо я знала еще далеко не всех.

Таня включила электрический чайник и достала шоколадку из холодильника.

Олег, баянист по специальности, оказался добрым, внимательным и общительным парнем. Сначала он мне казался непривлекательным и не отличавшимся красотой парнем. Но лишь спустя пару минут беседы я почувствовала его обаяние, которое так и светилось в добрых и искренних глазах. Жизнь в очередной раз доказала мне, что обаяние – это такая вещь, которая может находиться в личности любого склада и сложения, и даже урод может быть симпатичен. Хотя, Олег был вовсе не уродом.

Дима молчал. Он сидел на стуле, скрестив ноги и руки, напоминая короля, восседавшего на своем троне. Его взгляд был холоден и суров. Лишь иногда на его лице появлялась улыбка, которая, казалось, не означала ровным счетом ничего.

Я сразу догадалась, что Олег был влюблен в Таню. И, впоследствии, увидела, что не ошиблась. Он приносил ей розы, сочинял стихи, один раз принес килограмм мандаринов, когда она болела. Но Таня не любила его и не отвечала взаимностью, всячески увертываясь от ухаживаний Олега. Я не понимала ее. И думала, что никогда не пойму. И никто ее не понимал.
«Таня, он такой хороший парень! Он тебя любит, а ты как будто не видишь этого», - говорили подруги.
Ответ моей соседки был всегда однозначен и сводился к тому, что «он мне не нравится». До боли знакомый мне случай – эта жестокая безответная любовь. Поэтому в глубине души мне было по-настоящему жалко Олега. Я никогда раньше не испытывала такого сочувствия к простому парню и, тем более, к человеку, которого я так мало знала…

…Олег допивал свой чай и продолжал беспрерывно болтать. Он рассказывал обо всем: о жизни, об учебе, о политике, о погоде и, разумеется, о любви. Наверное, излишняя болтовня была его самым главным и самым заметным недостатком.
Таня мило улыбалась ему.
Дима давно ушел. Я так и не поняла, что представляет собой этот человек внутри, но от него исходил некоторый холод.

За окном было уже совсем темно, и меня это очень привлекало. Раньше я любила темноту, но со временем у меня появилась непонятная боязненная реакция на поздние вечера.

- Стареем, - любил говорить в шутку двадцатилетний Олег.
Мир меняется – молодые стареют, а старые – молодеют. Как ни крути, - а это чистая правда.




2

В первый же выходной после Нового года Таня собиралась домой к родителям, и теперь мне приходилось пару дней провести в одиночестве, чему я, однако, отнюдь не была огорчена. На эти выходные у меня было достаточно много планов: на полке ждали тетради с еще ненаписанными конспектами и невыученные ноты. Нужно было съездить в магазин и закупиться необходимыми вещами на следующую неделю.

Поэтому в первый же день отъезда моей соседки я коротала время в одном из кабинетов музыкального училища, сидя за фортепиано, и дрессировала свои еще непослушные пальцы.

Кто-то постучался в мой класс и осторожно открыл дверь.
Я не обратила внимания и даже не изъявила интереса посмотреть, кто зашел в кабинет, и продолжала играть. Кажется, впервые в жизни я начала получать настоящее удовольствие от собственной игры. Музыка, словно ручей, струилась и легонько обдавала свежими, прохладными, чистыми как стекло брызгами.
Когда я училась в музыкальной школе, мои любимые учителя говорили мне фразу, которую я запомнила теперь на всю жизнь: «Никогда не останавливайся играть. Даже в том случае, если кто-нибудь войдет в класс и будет тебя отвлекать». Я поняла, что начала злоупотреблять этой манерой, и она превратилась уже во вредную привычку…

…Закончив музыкальную фразу, я остановилась. На мое удивление напротив меня стоял Дима.
- Привет.
- Привет…
Только сейчас я обратила внимание на его голос – тихий, но глубокий и притягивающий. Он подошел ко мне ближе.
- Ты извини, но у меня через пару минут будет урок в этом классе. Не могла бы ты перебраться в соседний? Ключ я тебе принес.
- Да, конечно! – меня ничуть не задело то, что он прервал мою игру.

Я посмотрела в его глаза. Раньше, еще когда он приходил в нашу комнату, в них была пустота. Но сейчас его взгляд был подобен магниту – так сильно тянущий к себе и словно манящий и в то же время холодный, металлический и суровый.

Дима протянул мне ключ. Я не удержалась от вопроса:
- Кто ты по специальности? Точнее, на каком инструменте ты играешь?
Он подошел ко мне еще ближе и нагнулся. Я почувствовала его запах - такой демонический и страстный.
- На самом лучшем!
Мне был неприятен этот грубый ответ, и я посчитала за неуважение такое обращение к малознакомой девушке. Такова уж женская психология. И эта женская психология нарисовала на моем лице ничего не значащую улыбку. Но голова уже жутко кружилась – я оказалась во власти Диминого соблазна.

После я собрала ноты и вошла в коридор. Дима проводил меня огненным взглядом «из-под лобья».

Только за дверью до меня дошло то, что мое сердце бешено колотится по непонятной мне причине. Я удивилась, не поняв реакции своей сердечнососудистой системы на ситуацию. И через мгновение я узнала, что она меня не подвела: мои дрожащие пальцы сжимали ключ, на брелке которого был выдавлен номер Диминого кабинета.

С мыслью «как можно перепутать ключи» я вернулась к нему.
- Кажется, ты дал мне не тот ключ.
- Не может быть.
Он вскочил и оглядел класс, но никаких ключей не было ни на столе, ни на фортепиано, ни на тумбочках.
- Такого не может быть! Я точно брал тебе ключи.
После продолжительного обыска кабинета Дима спустился на первый этаж, чтобы узнать, не потерял ли он их по дороге.
В этот момент я обнаружила, что держу ключи… от соседнего класса в своей руке. О, Боже! Столь подозрительная рассеянность давно меня не навещала! Мысленно проклиная себя за невнимательность и то беспокойство, которое доставила парню, я все же решила сделать себя невиновной и подложила ключ под его черный пакет, лежавший на столе…

…Дима вернулся с пустыми руками.
Конечно, продолжив поиски, он нашел ключ и вручил его мне. Я почувствовала смущенный румянец на щеках и уже в новом кабинете вспомнила, что не извинилась за беспокойство и не попрощалась с ним.

Еще когда впервые я взглянула на Диму, он завоевал весь мой рассудок, ничего не завоевывая. Я потеряла здравый смысл и полностью отдала ему свой контроль, хотя он ничего не отбирал у меня. Но это точно не могла быть любовь. Я знала, что такое любовь, и знала, что она приходит совсем не так.
Этот человек изливал не понятную для меня энергию, и она была скорее отрицательной, чем положительной. Она была холодная, как камень…
Только почему этот камень обжигал как огонь?







3

Вся наша компания была в сборе: Анжела и Лиза – мои любимые подруги и одногруппницы, - и я.

Анжела красиво играла на гитаре и пела. В частности, она везде и всюду была центром внимания и имела довольно привлекательную внешность. Лишь единицы знали ее капризный и очень тяжелый характер, потому что в окружении людей она скрывала эти черты внутри, под глянцевой, обаятельной оберткой. К примеру, сейчас она прятала свой нрав в звонко льющемся голоске и пряных гармониях гитарного «бряцания».

Лиза же отличалась сдержанностью, но всегда могла дать дельный совет любому человеку, будь то лучший друг или абсолютный незнакомец.
В частности, на этот раз ее стремлением было избавить меня от одиночества, которым, по моему мнению, в моей душе даже не пахло. Такой уж я человек, что не стремлюсь выходить замуж и рожать детей на первом курсе музыкального училища, тем более от первого встречного.

Лиза загорелась желанием познакомить меня «с одним красивым мальчиком» по имени Игорь. Меня всегда раздражали намеренные знакомства с парнями, особенно когда они происходили «через какую-нибудь подружку».
- Аня, не кажется ли тебе, что в твоей жизни чего-то не хватает? – начала тему Лиза.
Я сразу поняла, к чему клонится эта тема и остановила подругу сразу же.
- Лиза, оставь меня, пожалуйста, в покое. Я не хочу сейчас никаких парней.
Кажется, Лиза начинала тихо обижаться на меня, и мне ничего не оставалось делать, как успокаивать ее.
- Я понимаю, что я представляюсь тебе зачастую бедной и одинокой старушкой. Но на самом деле я вполне счастлива. Меня не мучает одиночество, ведь у меня есть вы, мои лучшие подруги…
Лиза прервала меня.
- Подруги это одно дело. А вот на мужское плечо опереться иногда хочется.
Я молчала и Лиза продолжала свое.
- Поверь мне, он сразу тебе понравится. Вы с Игорем очень подойдете друг другу, словно два сапога пара!
- Сколько ему лет?
- Семнадцать.
«Малолетка», - прокрутилось у меня в голове, и наружу выпустился тяжелый вздох. Я знала, что люди бывают совершенно разные, но моей слабостью было моментальное определение уровня интеллекта человека всего лишь по его возрасту.
- Он учится в школе?
Лиза заинтригованно кивнула.
Он учился на тот момент в одиннадцатом классе и был всего лишь на год старше меня.

«И, черт возьми, зачем я все это спрашиваю?» С огромной радостью я бы вручила Игоря Лизе, если бы она была свободна как птица – так же, как и я.
Лиза гуляла с богатым, достойным и уважающим себя хахалем и, как ни странно, она очень гордилась им. В целом, она считала престижным иметь под рукой какого-нибудь красавчика, если не считать того, что она вообще не могла без них жить.

Откровенно говоря, я не понимала ее взглядов на жизнь. В моих планах пунктом номер один было получение хорошего образования. Пункт номер два, то есть заведение домашнего животного мужского рода, никак не мог, в моем понимании, смешаться с первым и «замусорить» его. Конечно это не подразумевало собой полную изолированность от противоположного пола, и допустить немного флирта или глупой влюбленности я не считала грехом, но всякого рода серьезные отношения в моем положении вызывали у меня только смех со слезами…

… Анжела сегодня, кажется, была на своей волне и перебирала струны длинными пальцами. Лиза кипела уже как чайник. Она не удержалась от нервного крика:
- Анжела, скажи ей, наконец, что она дура!
Анжела невинно пожала плечами и кокетливо поморгала глазками:
- Кажется, наша подружка предпочитает прежде всего лазать в койку с мальчиками и не более того, не правда ли? – она мило улыбнулась.
Мне было не смешно. Я не ожидала такой резкости в отношении ко мне. Сейчас я не могла узнать ни Лизу, ни Анжелу.
- А я ничуть не сомневаюсь в этом, - съязвила Лиза.

Мне пришлось возненавидеть их обоих. Ничего не сказав, я ушла и закрыла за собой дверь. Это была теперь уже настоящая ссора. Внутри все колотилось от ярости.
Обида меня не тревожила. Теперь все, что мне хотелось, - это уткнуться в подушку и забыться до самого утра глубоким сном. Главное – держать себя и не выпускать на волю настигшее раздражение.









4

В этот вечер мне было не уснуть. Серые будни проходили как обычно. К учебному однообразию я привыкла еще с самого начала первого курса. Всю неделю приходилось пахать, словно лошади, запряженной сразу в две телеги. И только сейчас, в первый выходной день, я испытывала полное блаженство от той мысли, что все дела были сделаны и впереди – два дня свободного полета. Теперь осталось хорошенько продумать, как провести выходные и, что немало важно, с кем.
Таня снова уехала к родителям, а коротать время с моими двумя драгоценными подружками не было никакого желания.

Иногда я вспоминала Диму. Уже несколько дней я его почему-то нигде не встречала. Мне хотелось познакомиться с ним, узнать его поближе. Это было удивительно, но я даже сейчас помнила не только черты его лица и соблазнительный нахмуренный взгляд, но и его запах, полный какой-то демонической страсти.

…На часах было достаточно много времени, но сон никак не хотел меня навестить.


Чтобы не умереть от скуки, которая постепенно начинала преследовать меня, я решила насладиться любимой песней и включить магнитофон моей соседки по комнате.

В темноте было бесполезно найти диск, поэтому мне пришлось подняться с постели, чтобы включить свет…
Внезапно раздался короткий щелчок и мелькнула яркая вспышка, что заставило меня вздрогнуть всем телом и отскочить в сторону. Только через пару мгновений я поняла, что всему виной оказалась перегоревшая на моих глазах лампочка.
«Полночь приносит мне сюрпризы».

В другой стороне раздалось громкое и душераздирающее визжание мотора, что привело меня в ужас.
Это была вибрация зазвонившего на столе мобильного телефона. «Кто это мог быть?» - шок постепенно покидал меня.
- Алло.
- Привет…
В телефонной трубке послышался мягкий и бархатный голос парня.
- Привет… Можно ли узнать, с кем я разговариваю?
- Это Игорь. – теперь это был голос наивного мальчишки.
Я нервно начала перебирать в голове мысли, с каким Игорем я знакома.
- Какой Игорь? Мы знакомы?
Сейчас мне меньше всего хотелось заводить телефонные знакомства.
- Я от Лизы Серовой. Она позвонила мне и…
Только теперь я вспомнила недавнюю ссору с моими подругами и Лизину выходку с желанием «подсунуть мне хахаля».
Я прервала слова Игоря:
- Зачем ты звонишь в такое позднее время?
- Извини… Ты спала?
- Да, ты меня разбудил! – мне захотелось соврать ему, чтобы поскорее завязать этот разговор.
- Тогда я могу позвонить завтра. Когда ты будешь свободна?
- А в чем, собственно, дело?
Неосознанно я была настроена довольно агрессивно, и неаккуратные фразы сами сыпались в адрес парню. Я не понимала своего поведения.
Голос Игоря был довольно доброжелательным, и я уже была не против с ним пообщаться.
На мой последний вопрос я могла ожидать только один ответ: вроде того, что «хотел с тобой познакомиться». Но в трубке после непродолжительного молчания прозвучали робкие слова:
- Аня… Какие цветы ты больше любишь – розы или георгины?
- Лилии.
- А какого цвета?
- Белые… Те, что отражаются на прозрачной и чистой поверхности озерной воды словно в зеркале.
- Кувшинки?
- Нет, водяные лилии…

… Так завязалось наше телефонное знакомство с Игорем. Он жил в другом городе, довольно далеко отсюда, поэтому рассчитывать на встречу не было никакого смысла.

Игорь был скромным человеком. Именно таких парней я всегда называла настоящими.
С этих пор мы общались по телефону: он звонил мне каждый вечер. Но ни один раз я не почувствовала к этому человеку особенных эмоций или даже, может быть, того, что называют любовью. Да, я его могла любить, но только как друга, который всегда мог утешить и обогреть теплыми словами.
Но в этом человеке для меня была одна лишь пустота.
Игоря можно было сравнить с подушкой – она теплая и мягкая, но не умеющая разговаривать. Вряд ли можно к какой-то несчастной подушке испытывать хотя бы какие-то эмоции.

Наш первый с Игорем разговор о цветах не остался без внимания. Лиза, возвращаясь из дома, передала мне от него букет белых садовых лилий.
Она училась с ним в одной школе и хорошо знала Игоря.
Мне не хотелось брать эти цветы. Поначалу я даже думала всучить их Лизе или Анжеле.
От лилий пахло влюбленностью наивного мальчишки. Быть может, это была его первая любовь…





5

Я начинала скучать без Тани. Она уезжала домой на каждые выходные.

Таня была особенной: она сочетала в себе положительные качества во всех областях жизни. В ней была и добрая душа, и прекрасная девушка, и отличная хозяйка, и добросовестная ученица. Я считала таких людей идеалами и в жизни встречала их крайне редко. Странно, что эти люди действительно существуют.

Как я уже говорила выше, Таня училась на четвертом курсе музыкального училища. Олег был ее одногруппником, и оба они состояли в отделении народных инструментов.
Кажется, Олег тоже замечал человеческие достоинства моей соседки по комнате. Он приходил к ней, и они разговаривали с конца рабочего дня до позднего вечера. Это могла затягиваться на два, три или даже пять часов.

Я видела, как горели глаза Олега, и как жадно они просили хотя бы капли Таниного сердца, и как холодно молчали Танины глаза, казавшиеся на первый взгляд такими живыми и озорными.
Они просто разговаривали. Ни о чем.
Вспомнив Игоря, я поняла, что наши с Таней судьбы оказались до боли похожими… невольно вспоминается известная фраза, повествующая о превратностях юношеской любви: «Когда нас любят, мы не любим…»

На этой неделе я не получила ни одного звонка от Игоря. Меня это ни капли не возмущало, и я даже не задавалась вопросом о причине пропажи моего «возлюбленного». Олег также не приходил к Тане всю неделю, что казалось довольно странным.

Теперь, в очередные мои выходные, которые, как обычно, сулили полнейшее одиночество, я любовалась из окна вечерним закатом и надрывным пением компании парней под гитарное бряцание, которое доносилось с улицы. Сегодня была большая вечеринка – кто-то отмечал свой день рождения.
Темнело практически на глазах. Я открыла форточку, чтобы вдохнуть аромат манящего, свежего весеннего вечера. Раньше я не любила весну; только сейчас они приводила меня в экстатическое состояние.
Фальшивое пение уже совершенно нетрезвой компании пацанов-четверокурсников почему-то жутко привлекало меня.

Раздался приятный звон. Кто-то разбил очередную пустую бутылку об дерево.
Ах, апрель! Сейчас мне хотелось кричать. Хотелось открыть окно настежь и вдохнуть полной грудь запах всего, что происходило там, по ту сторону стекла, - весну, апрель, свежесть вечернего воздуха, молодой зелени…

Итак, сегодня весна вдохновляла меня как никогда раньше. Я села на подоконник, свесив ноги над полом и болтала ими как маленькая девочка. Сразу вспомнились школьные годы: учителя запрещали нам сидеть на подоконниках – то ли из-за правил этикета, то ли из-за их непрочности. Но мы никогда никого не слушались, и подоконники, естественно не рухнули.

Все мое весеннее настроение сразу стерлось, когда, ядовито вибрируя, зазвонил мобильный телефон. Это был Игорь. Я не удивилась ничуть, когда в трубке услышала извинение, напоминающее жалобно скулящего щенка.
- Ты…это… прости меня, пожалуйста, за то, что я тебе не звонил так долго.
Мое сердце растаяло, как только я услышала его юный голосок. Хотелось погладить этого бедного щенка, потеребить его по ушам и дать ему самую вкусную свиную косточку
- Игорь… у тебя что-то случилось?
Он продолжал лепетать как ребенок.
- Мои родители не хотели давать мне денег, чтобы я пополнил счет на своем телефоне, но теперь я могу быть на связи столько, сколько ты пожелаешь!
Я улыбнулась, и наш разговор ни о чем продолжался, словно после стольких вечеров, проведенных с ним по разные стороны телефонной трубки, еще были хотя бы какие-то темы, которые не оказались незатронутыми.

Спустя некоторое время кто-то постучался в дверь. Это был Дима.
Войдя в комнату, он прикрыл за собой дверь и стоял на пороге.
- Привет, - прошептал он чуть слышно, сверля меня суровым и томным взглядом.
Сначала я не придала никакого значения этому взгляду и ответила ему то же самое слово «привет», что это заставило моего телефонного собеседника поинтересоваться с кем я поздоровалась, словно он чувствовал за сотни километров присутствие недалеко то меня мужского духа.
- К тебе кто-то пришел? – осторожно спросил Игорь.
Ничего не ответив парню, я поспешила сообщить Диме, что моей соседки, к которой он пришел в гости на чай с шоколадками, сейчас нет дома.
- Тани нет. Она уехала домой.
Но Дима, на мой взгляд, вовсе не собирался развернуться и уйти.
- А я не к Тане пришел…
Теперь Игорь услышал мужской голос:
- Кто сейчас с тобой?
- Извини, Игорь, я перезвоню тебе через пару минут.
Не понимая, зачем я это сделала, я бросила трубку, даже не дождавшись его ответа, и положила мобильный телефон рядом с собой на подоконник… словно кто-то управлял моими мыслями, моими действиями.

Дима подошел ко мне.
В этот момент со мной произошло нечто непонятное. Сердце заколотилось так, что мне казалось, что оно сейчас разорвется. Мне стало плохо. В глазах медленно начинало темнеть.
Дима стоял напротив меня, и от него исходила какая-то невидимая сила, которая сковала железными цепями все мое тело. Потерявшийся рассудок, оказавшийся все лишь шоком, понемногу начал возвращаться ко мне…

Я хотела что-то сказать Диме, но просто физически не смогла это сделать. Мне захотелось встать, но все до единой клеточки было заковано в спутавшихся друг с другом железных цепях.
Мои руки и ноги ослабли. Все вокруг продолжало темнеть. Казалось, совсем чуть-чуть оставалось до обморока.
Дима тихо произнес очередную фразу, и его голос немного привел меня в чувства.
- Мне Таня не нужна, - повторил он. – Я к тебе пришел.
Но дар речи почему-то не возвращался ко мне, да и Дима вовсе не ждал ответа.
Он обвил меня руками. Я не сопротивлялась. Его пальцы скользили по моей одежде, словно ища что-то. Меня словно охватило алкоголическое опьянение, и я не видела перед собой ничего.
Обжигая горячим дыханием, он что-то шептал мне прямо в ухо. Но я не понимала, что он говорил, и даже не пыталась понимать, а разбирала лишь некоторые отдельные слова, словно его речь действительно была бессмысленной и бессвязной.
Вдруг я смогла выдавить из себя слова:
- Скажи мне… кто ты?...
… Дима медленно меня убивал. Теперь он искал своими губами на моем лице губы.
- …Что ты от меня хочешь?...
Поцелуй впоследствии был его ответом на мой вопрос. Обжигая меня дыханием, он прошептал:
- …Что ты можешь?
Любая другая умная девушка на моем месте больно ударила бы по щеке.
Но его руки, такие горячие и такие холодные, уже жадно скользили под моей одеждой и краски, звуки и движения превратились в сплошной черно-белый туман…





6

Я медленно просыпалась. Было уже совсем светло, и, судя по солнцу, выглядывавшему из окна и ядовито жгучего глаза, и по шуму, доносившемуся из коридора, утро не было похожим на раннее.
Как ни в чем не бывало, минуты две я лежала с закрытыми глазами, даже не вспомнив вчерашних событий. Как обычно, в этот прекрасный момент пробуждения, мысли не торопились меня навещать.
Но вдруг память постепенно начинала приходить и собираться по кусочкам, словно мозаика. Что-то больно кольнуло мне в сердце.

«Дима?!» Я почувствовала рядом с собой чью-то обнаженную спину. Это действительно был Дима. Он мирно спал на моей постели, зажав меня между своим телом и стеной, словно в тисках. Внутри меня все вскипело, и бурная ярость охватила
тила с ног до головы.
«Господи, как я могла этого допустить? Я переспала с ним?! Этого не может быть… Где я была прошлым вечером?»
Да, вчера вечером меня не было здесь… Вместо меня был кто-то другой, это точно! Я усердно начинала вспоминать, что было ночью, и память потихоньку поддавалась.
«Он заколдовал меня! Или загипнотизировал… Он ведь не давал мне наркотиков?! А может быть он… демон?»

Тем временем, Дима проснулся, зевнул и смачно потянулся.
Меня привело это в бешенство, и я чуть было не ударила его со всего размаху… но Дима повернулся ко мне и крепко обнял диким взглядом.
- Ты не обижаешься на меня?
Теперь гнев сразил меня окончательно. «Черт побери, и у него хватает наглости теперь спрашивать меня о таких вещах?»
Я хотела дать ему пощечину, но не смогла оторвать руку от постели: она была тяжелая, словно огромный камень. Губы выдавили короткую фразу:
- Нет.
Он продолжал:
- Ты, конечно, извини, но можно нескромный вопрос? ... Как тебя зовут?
Ничего не ответив, я вскочила с кровати, что просто куда-нибудь уйти, сбежать. Но он крепко схватил меня за руку.
- Куда ты?
Я упорно вырывалась, но Дима не отпускал меня, сжимая мою кожу все сильнее. Мне было больно. Я сопротивлялась. Наконец изнутри вырвался крик:
- Отпусти меня, демон!!!
Моя рука выскользнула из его рук. Я выбежала из комнаты и направилась не зная куда. Я просто бежала: по лестницам, по коридорам. Неважно, куда бежать…

Теперь я ничуть не сомневалась а в том, что он был демоном. Моя правая рука дико болела, словно она насквозь была продавлена пальцами Димы. Болела не только рука; болело все тело, вся душа и все сердце.
Самое главное, чтобы он меня нашел. Сейчас я боялась этого человека (если он на самом деле человек) больше смерти.
«Если он догонит меня, то убьет», - болталась в голове единственная мысль.

…Взглянув на свой мобильный телефон, я поразилась количеством непринятых вызовов от Игоря. Бедный парень не мог дозвониться до меня с вечера до поздней ночи. Я почувствовала себя виноватой перед ним, и это было впервые. Но я не набрала его номер, чтобы позвонить ему, спросить как дела или даже, может быть, извиниться за брошенную мною трубку. Почему-то я не видела в этом смысла, и что-то очень сильно отталкивало теперь меня от Игоря как никогда раньше.

7

Пару дней мне было сложно забыть произошедшее. До ужаса странным для меня был Дима. Я захотела хотя бы что-то разузнать об человеке, какую-нибудь информацию. И знающего эту информацию оказалось не так сложно найти.

Однажды, не удержав эмоции в себе, я осталась наедине с Таней и рассказала ей о том, что случилось. Таня всегда могла выслушать, поддержать, поэтому я доверяла ей порой даже самые сокровенные вещи, тайны, мысли…
После моего рассказа Таня тяжело вздохнула. Я чувствовала – она что-то знает про него, что-то особенное.
- Таня, - спросила я осторожно. – Скажи… Дима имеет какие-то способности?
- Способности?
Он обладает чем-то таким, чего нет у других?
- Что именно ты имеешь в виду?
- Гипноз… черная магия.
Таня рассмеялась. Мне же было не до шуток.
- Может быть, он употребляет наркотики?
- Давай я расскажу тебе одну историю, и ты сама поймешь, кто на самом деле этот Дима.

И Таня поведала мне незамысловатую историю о том, как Дима учился на втором курсе фортепианного отделения.
Некогда он влюбился в однокурсницу Настю. Она ответила ему взаимностью, и у них завязался роман – красивый и похожий на сказку. Вообще, это было непохожим на Диму – он никогда не испытывал таких нежных чувств к слабому полу и всегда был холоден. Но случилось чудо.
Дима носил Настю на руках и беспрекословно выполнял все ее желания и делал все, что она хотела. Настя очень любила цветы, а особенно – водяные лилии. Да и сама она была похожа на лилию – такая же нежная и хрупкая, а цвет ее волос можно было сравнить с кремовой белизной лепестков.
Дима знал о ее тайной любви к водяным лилиям, и он дарил их Насте, принося по одному цветку на длинной зеленой ножке почти каждый день.
Казалось, что их счастье будет вечным, и ничто не могло помешать влюбленным поверить в сказку которая происходила с ними на глазах у всех.
Но однажды Бог спустил с небес неожиданную весть – Настя забеременела. Она ждала мальчика. Когда Дима услышал эту весть из уст своей возлюбленной, он ничего не ответил и молчал целый день. Он не проронил ни единого слова даже после рыданий Насти и ее мольбы принять и оставить сыночка.
Ночью он ушел. Навсегда…
А утром Настя нашла лишь один единственный цветок, оставленный Димой на прощание. И почему-то это была вовсе не белая водяная лилия. Это была темно-бордовая роза с длинными и острыми как иглы шипами, и ее цвет напоминал запекшуюся кровь…

- И он больше не вернулся к ней? – спросила я, когда Таня замолчала.
- Нет… он не вернулся. Только та роза и сейчас лежит на том месте, где Дима оставил ее. Настя не притронулась к ней за два года… Она совсем засохла, а шипы окаменели.
Мое сердце сжалось и хотелось заплакать.
- Наверное, это была его первая и единственная любовь, и даже ту он не смог выдержать.
Таня улыбнулась.
- А как же сыночек?
- Мальчика Андрюшей назвали, третий годик пошел ему. Большой уже вырос! … На Димку очень похож…
- Значит, он действительно демон, этот Дима?
- Он не демон. Он просто бесчеловечен. Он не умеет любить. Его сердце каменное…
Таня встала и одела плащ.
- Хоть бы извинился перед тобой, гаденыш. Шоколадку принес бы что ли… Мне на учебу пора, ты не скучай. Скоро вернусь.

«Не может быть, - думала я. – она тоже любила белые лилии, как и я… Какое странное совпадение!»
Теперь я все поняла, и суть демона теперь стала для меня ясной. Ведь я сама была той самой белой водяной лилией, также как и Настя, а Дима – той колючей розой цвета запекшейся крови…
Я все поняла: это была настоящая любовь, да, та самая любовь, такая сумасшедшая и так сводящая с ума! Я влюбилась в него с первого взгляда. Влюбилась не в Диму, не в парня и не в человека, а в самого простого на свете демона, который поражает свою жертву ядом, словно скорпион, и выпивает все ее соки…



8

И все же весна этого года была очаровательной. С каждым днем теплело все больше, со скоростью света природа переодевалась в ярко-зеленые платья и, наконец, нарядилась в чудное лето.

Теперь моя соседка Таня была по-настоящему счастлива, уже не одна, а с Олегом – у них все сложилось прекрасно, и свадьба было точно не за горами. Я была очень рада за них двоих.

Спустя месяц после встречи с Димой меня ожидал сюрприз – я узнала о своей беременности от него. Я не решилась сохранить этого ребенка – в моем возрасте воспитание детей еще казалось мне слишком ответственным.
Последующий в скором времени аборт не мог предполагать хороших результатов из-за особенностей моей группы крови, и все действительно закончилось отнюдь не радостно. Мне сказали, что теперь я вряд ли смогу иметь детей.

А я стараюсь верить в лучшее, и у меня есть еще надежды, что они могли ошибиться, либо я вылечусь, когда повзрослею. Когда повзрослею… И все-таки, что же это значит, повзрослеть?
Ведь лепестки белых водяных лилий исколола бордовая роза, и запекшаяся кровь теперь уже не смоется даже чистой озерной водой…

версия для печати

Мнения, Комментарии, Критика

последние комментарии

Ваш комментарий
От кого Логин   Пароль 
Сообщение
Можно ввести    символов
 
назад
Глас народа
Правила

Случайный автор

Катруська


Случайное произведение

автор: rainbowway


Форум

последнее сообщение

автор: Marie


актуальные темы


На правах рекламы

Сейчас на сайте
Веб-дизайн IT-Studio | Все авторские права на произведения принадлежат их авторам, 2002-2008