Портал молодых писателей Youngblood.ru Редакторы рекомендуют:
Кристина весной (стихи)
Автобиография, или История одной болезни (нечто иное)
ТРИУМФ КРАСНЫХ БАБОЧЕК (проза)
Напёрстки (стихи)
Повесть - новости (проза)
седовласые дети (нечто иное)
Gemini (стихи)
вход на сайт
    
регистрация
расширенный поиск
Новости Youngbloob в RSS-формате
О проекте
Произведения
Общение
Справочники

с миру по нитке

Афоризм дня

Кто ясно мыслит, ясно излагает

(Никола Буало)

Rambler's Top100







Youngblood

Демон

Blind Wise Man>

Вы - 1202-й читатель этого произведения

Демон.

Бесы…. Бесы все злей и злей,
Бесы…. Бесы в душе моей…
Ария. «Бесы».

Тяжелые свинцовые тучи закрывали солнце, огромный темный лес сплошной стеной высился по обеим сторонам дороги. Над кронами деревьев, словно застыв в воздухе, парили угольно-черные вороны, молча следя за войском. Дождь мелкой дробью барабанил по панцирю моего доспеха, полы красного плаща наполнял слабый поток ветра, ножны со звоном ударялись о стальные ботинки. Колонна медленно двигалась по разбитой сельской дороге. Я на коне следовал несколько поодаль. Еще два дня и мы будем в Андероне. Город не сможет устоять под натиском нашей мощи, они все обречены: и глупый комендант, посредственный, но лояльный королю вояка – Арктурус; и его личная гвардия ветеранов, со щенячьей преданностью следующая за своим командиром; и гордые жители, верующие в непобедимость своего великого защитника – Юстиниана – безвольного старика императора, потерявшего власть еще пять лет назад. Все они обречены. Все…
Великий ученый древности однажды сказал, что каждая цивилизация переживает четыре этапа в своем развитии. Молодость – несколько племен, говорящих на одном языке, но считающих друг друга непримиримыми врагами отчаянно отвоевывают место под солнцем. Становление – великий вождь, сильный и волевой человек, воин по призванию, лидер от рождения, объединяет все племена и ведет свой народ к господству над миром. Зрелость - вождь погибает, но дело его живет, - теперь уже не крохотное княжество или герцогство, а огромная империя, простирающаяся через весь известный мир, несет остальным народам мудрость и просвещение, науку и религию, культуру и духовную зрелость. Загнивание – люди, испорченные богатством и гордостью за то, что их предки принесли миру, одурманенные тщеславием и высокомерием, утопающие в пороке и мирских развлечениях, без смысла в жизни и веры во что-либо, ведут некогда великую империю к гибели.
Ничто не вечно в нашем удивительном и прекрасном мире: стены любой крепости, даже самой совершенной в техническом отношении, рано или поздно падут; великий бог потеряет свою паству; полноводная река высохнет, а могучий горный хребет будет по крупице развеян ветром, - ничто не вечно. И, пожалуй, это правило вполне справедливо: на осколках старой и падшей империи возникнет новая не менее, а, может, и более просветленная и мудрая; на смену старому богу всегда придет другой, который поведет людей к духовному процветанию; всемогущие подземные силы воздвигнут еще более отвесные и непокорные скалы, - круг замкнется и все повториться вновь. Бесконечна лишь жизнь, сама жизнь, которая раз за разом разыгрывает один и тот же сценарий: из смерти поднимется жизнь, обреченная погибнуть, уступив место новой…. бесконечно…. В этом и заключается ее великолепие – каждый раз она рождает что-то абсолютно новое, удивительное и неподражаемое.
Наверное, неизвестный автор вновь и вновь переписывает сценарий своей пьесы вселенского масштаба, добиваясь идеального результата, и, добравшись до него, он прервет бесконечность бытия…. Но что такое идеал? Абсолютная биологическая приспособленность. Гуманизм и всепрощение. Досконально изученные законы природы. Не знаю… Я лишь малая крупица жизни, обреченная играть свою второстепенную роль в великой пьесе. И, похоже, автор решил, что ответ на этот вопрос мне лучше не знать. Я обречен…. Обречен на неведение…. Обречен блуждать в сумерках…
Мои размышления прервал звук рожка отряда разведчиков, наполнивший мертвый лес пронзительным хриплым басом. Раскатистый и глухой удар грома раздался где-то далеко. Солдаты упорно двигались вперед, обращая проселочную дорогу в грязь. Вороны неотступно следовали за войском, несмотря на накрапывающий дождь. Я приблизился к колонне и, поравнявшись с первым встреченным мною офицером, обратился к нему:
- Разведчиков ко мне.
- Слушаюсь, - сухо, без выражения ответил он и трусцой побежал к началу колонны, откуда доносился тревожный сигнал.
Офицер вернулся с докладом от разведчиков уже через десять минут:
- Что случилось? – спросил я.
- Отряд андеронской гвардии расположился впереди, - отчеканивая каждое слово, докладывал он, - наверное, они готовят засаду.
- Развернуть колонну в боевой порядок, подготовить ее к атаке. Ни один из них не должен уйти. Уничтожьте всех до последнего.
- Есть, - твердо ответил офицер.
Волна шепота покатилась по колонне в обе стороны. Вскоре приказ достигнет каждого командира, и войско будет готово к бою. Мои солдаты обучены действовать словно единый организм: каждый знает, что нужно делать и делает это несмотря ни на что, не жалея ни здоровья, ни жизни, хладнокровно и идеально. Мне остается лишь отдавать приказы и следить за их исполнением.
Времена Андерона давно клонились к закату. Вот уже почти двадцать лет как он вошел в эпоху хаоса и разрушения, оставаясь лишь тенью своего былого могущества, не способной противостоять угрозам извне. Все началось с того, что по всей многонациональной, разношерстной империи стали полыхать мятежи и восстания. Слабовольный король был не в силах удержать власть и без борьбы отдал ее в руки бездушной и порочной аристократии, которая незамедлительно раскроила великую державу на маленькие кусочки – свои собственные княжества и герцогства. Каждый из этих «маленьких» диктаторов использовал власть лишь как средство обогащения. Забыв о народе, они ввергли страну в пучину междоусобицы, сгубившей последние остатки былого процветания. Пожар гражданской войны сжег всё, чего достигли их предки: науку, культуру, религию – всё, чем они так гордились. Бедные, жалкие, алчные, высокомерные люди, погубившие свою страну. Уповая на лаврах своих предшественников, они не заметили опасность, таившуюся в них самих: в их неоправданном тщеславии и всепоглощающей жадности. Круг замкнулся. Империя, возникшая на пустом месте, испепелила сама себя, словно древняя птица Феникс. Но теперь идем мы, чтобы на осколках Андерона воздвигнуть ещё более могучую державу: новый, великий, непобедимый порядок. Все повторяется раз за разом… бесконечно…
Тучи постепенно сгущались. Дождь становился все сильнее и сильнее. Птицы начали спускаться, вкушая предстоящий пир. Раздался оглушающий удар грома и эхом пронесся над колонной солдат. Грядет битва. Вдали послышались звуки боя: звон стали, ржание лошадей, боевые кличи, звук горна, крики обезумевших от боли людей – все это сливалось в безобразную симфонию смерти. Авангард моей армии уже вступил в бой, принимая на себя первый сокрушительный удар кавалерии. В то время как основная масса войск молча двигалась вперед. Не обращая внимание на потери, они занимали, заранее предусмотренные позиции, безмолвно, хладнокровно и как всегда безупречно. Я пришпорил свою лошадь, и она галопом понесла меня в гущу боя. Словно два закованных в сталь урагана, армии столкнулись на небольшом поле, ограниченном с севера и юга лесом, с востока – широкой рекой.
Андеронской гвардии некуда бежать, поэтому они будут драться как хищные звери, загнанные в угол коварным охотником. Готовые на все они из последних сил бросятся в бой, желая нам смерти ровно на столько же, на сколько себе жизни, но с упорством обреченных лишь загонят себя в капкан. Они все погибнут здесь – на этом поле - гордо, мужественно, глупо…
Когда я, наконец, добрался до передовой, сражение уже набирало обороты. Андеронская гвардия расположилась «Полумесяцем», оставив реку у себя за спиной. Это было довольно простое, но очень эффективное построение, разработанное имперскими военачальниками еще во времена расцвета: центр заполняла пехота всех мастей, чуть впереди пехоты на флангах была тяжелая конница в латных доспехах, быстрая легкая кавалерия была спрятана в лесу, образуя засадный полк, и, наконец, где-то за передовой находился резерв, возглавляемый самим Арктутурусом.
Было не сложно предугадать действия гвардейцев, поэтому я построил свои войска в противовес именно «Полумесяцу»: тяжелая пехота, выстроенная фалангой, образовывала центр, каре копейщиков располагались справа и слева от фаланги, конница, сделав огромный крюк через лесную чащу, должна охватить врага с тыла и по флангам.
Дождь превратился в ливень. Небо извергало поток воды, казавшийся сплошной непреодолимой стеной. Тучи, полностью закрывшие солнце, создавали мрак, временами, рассекаемый яркими вспышками ветвившихся молний. Ураганный ветер сносил стаи птиц, упорно круживших над полем. Оглушающие удары грома, словно древние духи войны, разбуженные звуками битвы, носились над воинами. Казалось, будто бушующая стихия пыталась остановить обезумевших от страха, гордости и жажды мести людей, но было поздно: звук горна, трубивший о наступлении, уже пробивал себе путь сквозь плотную пелену дождя.
Лавина лошадей, металла и людей с огромной скоростью понеслась вперед: тяжелая гвардейская кавалерия наносила главный удар по флангам противника. Я спешился и встал в первый ряд своей центральной фаланги. Выставив вперед тяжелые стальные пики, всадники мчались на встречу врагу, сметая все на своем пути. В их глазах не было ничего кроме безумия и страха. Еще несколько минут, и они столкнутся в кровавом поединке с копейщиками, которые уже готовили свои двухметровые копья с окованными железом наконечниками. Откуда-то из-за моей спины послышалась команда: «Огонь». Тысячи стрел взметнулись в воздух, пронзая стену дождя на пути к своей цели. Словно острые пчелиные жала, они вонзились в тела всадников. Но, несмотря на потери, сыны Андерона упорно двигались вперед. С оглушающим грохотом конница врезалась в стройные ряды копейщиков, но как морская волна разбивается об острые прибрежные скалы, была отброшена назад. Битва началась.
Я медленно обнажил свой стальной метровый меч: лезвие, стилизованное под пламя, и эфес в форме головы дракона, и с упоением бросился в бой. Я искал забвения в пылу схватки, пытался уйти от гнетущей реальности, скрыться, погибнуть…. Я устал…. Смертельно устал играть свою роль. Я больше не могу быть Демоном, командующим армией нежити, верным слугой Повелителя Мертвых…
Клинок уныло поблескивал голубым и временами освещался яркими вспышками молний. Тугие струи воды быстро смывали кровь, окропляющую лезвие с каждым новым выпадом. Я пробивал себе путь в глубину позиций врага в поисках Арктуруса: боевые порядки обезглавленной армии рассыплются как карточный домик на ветру.
Тупая боль, пронзившая позвоночник, затмила сознание, но все же я удержался на ногах. Заученным движением я резко повернулся назад и приготовился к контратаке. Передо мной стоял человек маленького роста, коренастое телосложение подчеркивалось идеально подогнанными, тяжелыми доспехами; его борода, заплетенная в две косички, спускалась почти до самого пояса; мощные, мускулистые руки с ловкостью играли огромным кузнечным молотом; загорелое лицо выражало гнев и презрение:
- Умри, нежить – хриплым басом прорычал он и бросился в атаку.
Он, похоже, был кузнецом, поэтому почти не умел драться и раз за разом наносил размашистые, громовые удары. Я без труда избегал их. Наконец, дождавшись подходящего момента, свалил его на землю одним молниеносным броском:
- Ради чего ты сражаешься, деревенщина? – сухо и отрывисто бросил я. Лезвие моего меча в любой момент было готово проткнуть горло незадачливого кузнеца. Доспехи не позволяли ему подняться с земли.
- Зачем тебе? Ты все равно убьешь меня или сделаешь таким, - он ткнул пальцем в одного из поднятых черной магией скелетов.
- Император лишь хочет спасти свои богатства, Арктурус жаждет славы и почета. Но ради чего ты пришел на это поле, заранее зная о том, что умрешь? – я повторил вопрос, глядя в его карие, искаженные ужасом глаза.
- Тебе, демон, знакомо слово Родина, - кузнец осматривал меня с ног до головы. Его глаза приобретали осмысленное выражение, - Похоже, что нет. Но знай же, я пришел сюда, чтобы защищать свой дом, свою отчизну.
Я долго смотрел на поверженного, но гордого духом человека. В его глаза, наполненные безграничной печалью. На его руки, творившие из металла произведения искусства, но теперь крепко сжимающие смертоносное оружие. На хорошо скованные, но старенькие, местами потертые доспехи, несколько лет висевшие в старом чулане и давно отвыкшие от битвы. Его слова пробуждали во мне давно и старательно забытые воспоминания. Когда-то я тоже был таким: простым деревенским юношей, стремглав бросившимся в бой за свою отчизну.
Но как это произошло? Как я стал тем, кого ненавидел всю свою жизнь - Слугой тьмы?…. Я родился и вырос в одном маленьком племени на окраине империи, недавно завоеванным генералом Арктурусом и преподнесенном в подарок Его Светлейшеству. С детства я умело обращался с клинком, был ловким и сильным охотником, поэтому уже юношей возглавил отряд повстанцев, отчаянно сражающихся против Андерона. Наши вылазки не приносили особого вреда влиянию империи в этом регионе, и правительственные войска не считали нас серьезной угрозой. Но с началом смуты мой партизанский отряд становился все больше и больше, и мы, наконец, набрали достаточно сил, чтобы в открытую выступить против самого монарха. Первые месяцы войны принесли «армии освобождения», – так мы себя именовали – головокружительные успехи: нам удалось прогнать имперские войска за границы племени. Но это была лишь временная удача: по всему Андерону полыхали крестьянские восстания, и у гвардии не было времени для нас. Но вскоре все изменилось: на подавления нашего мятежа Юстиниан отправил два лучших легиона. Мы встретили их на границе. Завязалась жестокая битва, но горстка крестьян, вооруженная в лучшем случае старыми мечами, не смогла устоять против мощи вымуштрованных гвардейцев. Они убили всех, всех кроме меня… Томимый жаждой мести, сжигаемый виной за гибель товарищей, которым я обещал победу, но положил костьми на каком-то богом забытом поле, я неотступно следовал за имперским отрядом в надежде рассчитаться с ними за все. Но что может сделать один солдат-самоучка против целой армии? И тут впервые появился он: «Я смогу утолить твою жажду» - резкая мысль внезапно, словно молния, прорвала сознание и затмила собой все остальное. «Кто это?» - крикнул я в пустоту звездной ночи, но никто не отозвался. «Я смогу утолить твою жажду» - настойчиво повторял голос, бесцеремонно врываясь в самые отдаленные и сокровенные уголки души, и разносясь по всему моему существу. Я решил, что месть, испепеляющая душу, окончательно свела меня с ума. Но чужая воля все настойчивее пробивалась в мой мозг, заполняя собой все. Наконец, я решил ей повиноваться: «Как?» - проговорил я, мой сдавленный голос растаял в пустоте ночного леса. «Просто не сопротивляйся мне и делай все, что я скажу» - чужие мысли мерно проносились в голове – «Похоже, что такой способ общения тебя пугает.… Капни немного своей крови в костер». Я безропотно повиновался: достал нож, сделал разрез на ладони, сжал ее, и капля крови начала медленно падать в костер, с трудом прорывая слои сгустившегося под ней воздуха. Наконец, достигнув пламени, она вспыхнула словно зарождающаяся звезда и начала обретать пламенеющий силуэт незнакомого мне человека, постепенно увеличиваясь. Он был уже в преклонных летах, высокого роста, огромная борода опускалась почти до колен, длинная изящная мантия подчеркивала крепкое телосложение и правильную осанку, сохранившиеся до старости, ботинки с длинными, изогнутыми носками дополняли странный вид незнакомца. Его острый, немного горбатый нос предавал ему некоторое сходство с хищной птицей. Казалось, что пылающие магическим огнем глаза видят меня насквозь – все до самой мельчайшей частицы души, скрытой под телесной оболочкой. В правой руке, украшенной тремя великолепными драгоценными перстнями, он держал изогнутый деревянный посох, увенчанный большим практически белым черепом. Ужас охватывал меня все сильнее. «Кто ты, незнакомец» - тихо спросил я. «Это не имеет значения, я просто хочу тебе помочь за некоторую плату, конечно же» - морщинистое лицо скривилось в усмешке. «Ты сможешь даровать мне целую армию, которая сокрушит Андерон?» - язвительно спросил я, постепенно подавляя страх. «Похоже, еще один безумный маг» - всплыла мысль в моем сознании. «Ты ошибаешься, глупец, Повелитель Мертвых не потерпит оскорбления!» - абсолютно безоблачное звездное небо сотряс удар молнии, попавшей в дерево шагах в пятидесяти от меня. Это был действительно убедительный аргумент: «Я согласен». «Ты даже не спросишь о цене?» - его глаза вспыхнули с еще большей силой. «Я готов на все, чтобы отомстить» - слепая жажда мести затмила сознание, диктуя свои правила. «Великолепно! Договор состоялся: отныне ты мой должник» - изображение незнакомца начало терять четкость, пока совсем не слилось с пламенем тихо потрескивающего костра. Могучий поток начал наполнять каждую частицу моего существа новой неизвестной, но поистине безграничной силой….
Месть не принесла успокоения, моя душа металась в поисках выхода, испепеляемая бушующим пламенем эмоций. Но пришел час расплаты… все решено… я стал не властен над своей судьбой…. Мой дух, жаждущий свободы и успокоения, был вынужден подчинятся приказам владыки мертвых, несмотря на то, что они противоречили всему ради чего я сражался, к чему вел когда-то людей, ради чего мстил империи – всему, что поддерживало во мне стремление к жизни. Теперь я просто существовал, играл свою роль, написанную не мной, словно кукла в руках умелого кукловода, орудие, которым коварный хозяин устраняет врагов, бездушное и разящее без промаха. С каждой новой битвой я все больше и больше искал смерти, но, оберегаемый силами зла, наделенной практически безграничной физической мощью, лишь губил тысячи жизней. Кровавыми метками смерти я отмечал свой путь к сердцу гибнущей под нашим натиском империи - славному и светлейшему городу – Андерону. Я устал…смертельно устал играть эту безумную роль… мое тело стало тюрьмой для жаждущей свободы души…
Трубящий рог вырвал меня из нахлынувших воспоминаний, он возвещал о том, что моя кавалерия, наконец, добралась до поля боя… исход битвы предрешен:
- Уходи пока у тебя есть шанс, – я протянул руку кузнецу, до сих пор лежавшему на земле в ожидании последнего удара.
- Что!? Эта такая ловушка?… - на его лице было крайнее удивление.
- Нет. Это твой последний шанс, – он смотрел мне прямо в глаза, ни на секунду не отводя взгляда.
- Не знаю почему, но я верю тебе, демон, - могучая ладонь обхватила мою руку.
Кузнец медленно поднялся с земли, отряхнул бороду и побрел прочь, в сторону леса.
Гвардейская кавалерия, увязшая в стройных порядках копейщиков, была неспособна преградить путь моей коннице, ударившей пехоте в тыл, обратив ее в бегство. Один за другим имперские солдаты, охваченные паникой, покидали поле боя. Судьба целой страны была решена: я обрек ее на гибель. Именно я и никто другой…. Тысячи людей погибнут по моей вине…. Я больше так не могу…
Стихия продолжала нарастать: ураганный ветер почти сбивал с ног, несмотря на это черные непроглядные тучи упорно сковывали солнце, молния сверкала не переставая, глухие и раскатистые удары грома доносились откуда-то издалека. Небо изливало все больше и больше воды. Словно презирая стихию, вороны приступали к своей кровавой трапезе. Двое скелетов, ведущих человека, закованного в кандалы, медленно приближались ко мне со стороны угасающей битвы. Кажется, он был мне знаком. Великолепные тяжелые доспехи с выгравированным драконом, шелковый синий плащ, трепещущий на ветру, дорогие ножны с инкрустированными драгоценными камнями – все в его виде выдавало богатого аристократа. Наконец, когда они подошли вплотную, я узнал этого человека, его седые, практически белые, волосы, хитрые голубые глаза, немного осунувшееся лицо, сохранявшее прежнее высокомерие:
- А-а, Генерал Арктурус, добро пожаловать в мою маленькую мобильную преисподнюю, - торжественно и тихо произнес я.
- Остроумно, демон, но я не собираюсь с тобой разговаривать, - в его глазах горела неподдельная ярость.
- Уведите его, – скомандовал я караульным.
- Командир, - ко мне обратился один из скелетов, протягивая тяжелый сверток, - мы нашли в его шатре какие-то книги.
Плененный генерал уныло поплелся за своими тюремщиками. Я отправился вслед за ними в свой шатер, который должен был быть установлен где-то за передовой.
Когда я, наконец, добрался до шатра, то решил посмотреть, что же было в свертке. Моему удивлению не было предела, когда я обнаружил внутри настоящие магические книги, написанные старинными Андеронскими рунами: похоже, они всерьез собирались меня уничтожить. Очень интересно…
Во времена расцвета в империи многие были знакомы с настоящей магией: существовали разнообразные учения и школы. Маги помогали людям: они были великолепными целителями, управляли погодой, смиряли стихию, способствовали развитию знаний об окружающем мире. Многие из них не просто обладали особым даром, а были гениальными учеными и изобретателями. Поэтому магия и наука слились воедино, гармонично дополняя друг друга. Но империя приходила в упадок: проигрывала войну за войной, несколько лет подряд случались неурожаи, эпидемия странной болезни выкосила почти половину населения северных провинций – роковое стечение ужасающих обстоятельств. Правительство было склонно искать виноватых, чтобы обезопасить себя. Наиболее подходящими оказались маги, многие из которых видели откровенно бездарное руководство империей. Знати не составило большого труда убедить необразованных крестьян в том, что именно эти «странные умники» навлекли на них гнев божий. Началась охота на всех, кто владел необычными способностями, отбросившая Андерон далеко назад в дебри слепой веры и невежества. Вместе с магией пришла в упадок и наука. Церковь заняла главенствующее положение в умах людей. Но были и недовольные, началась смута… закат великого и светлейшего Андерона…
Мое внимание привлек листок, вырванный из книги, на нем красными чернилами было обведено какое-то заклинание… да это же… не может быть…
Я вышел из шатра и побрел куда-то в сторону реки. Клочок бумаги упорно вырывался у меня из рук, увлекаемый потоками ревущего ветра. Огромные капли падали на листок и расплывались по нему большими пятнами, но с рунами ничего не происходило. Дождь ритмично и громко барабанил по доспехам. Ветви молний освещали силуэты бегущих вдали солдат.
- Амэнос эст валт, - хрипло произнес я на давно умершем мелодичном языке. Слова таяли в непроглядной стене дождя, изредка прорываемой вспышками молний.
«Что ты делаешь, дитя мое!? - чужая воля пронзила сознание. Кажется, он действительно взволнован. – Опомнись! Это не в твоей власти. Ты подписал договор и теперь не в силах что-либо изменить». « Я делаю то, что должен был сделать много лет назад. Я очень устал… отпусти меня, владыка… умоляю тебя…».
- Дор стил анк эст, - грохочущие удары грома гасили мой голос.
«Это твой последний шанс! Опомнись!». «Я долго служил тебе верой правдой и не разу не подвел тебя, неужели я не заслужил награды?». «Великолепно! Он хочет умереть. Похоже совесть – это болезнь, которая выкашивает моих лучших слуг. Да будет так, если ты этого хочешь, то твой долг оплачен». «Спасибо…».
- Кэс отр эст…
Мир покачнулся в моих глазах, и я стал медленно падать на спину. Внезапно буря стихла. Ласковое летнее солнце весело светило на фоне безбрежного бесконечно-голубого неба. Чистейшие, белые, словно вылепленные из недавно выпавшего снега, облака медленно и лениво плыли по небу. Поле, на котором еще пять минут назад сражались войска, было похоже на океан изумрудно-зеленой колышущейся в такт потокам теплого ветра травы, ограниченный по берегам высокой стеной деревьев, мягко шуршащих крупными резными листьями. Кое-где этот океан разрывался огромными бархатными коврами полевых цветов самых разнообразных окрасов. Я лежал на земле, придавленный тяжестью черных металлических доспехов, казавшихся абсолютно неуместными в этом буйстве ярких летних красок. Моя грудная клетка медленно вздымалась, послушная последним ударам угасающего сердца. Я закрыл глаза и стал проваливаться в бесконечную пустоту вечного забвения, я уже не слышал шелеста крон, не ощущал мягкого теплого ветра на своем лице… еще один удар и оно остановится… я сыграл свою роль: плохо или хорошо судить не мне, я лишь делал то, что считал нужным, но, похоже, в порыве слепой жажды мести завел себя в нравственную западню, из которой не смог найти выхода…. Я принимаю смерть как должное, как избавление от терзавших душу безумных эмоций и порывов… я должен угаснуть во имя новой грядущей жизни, которая займет мое место, замкнув круг в безымянной пьесе вселенского масштаба…



версия для печати

Мнения, Комментарии, Критика

последние комментарии

Мрачный жнец: "...послышалась команда: «Огонь». Тысячи стрел взметнулись в воздух..." (c) я думаю команда "огонь" более уместна для огнестрельного оружия,и эпиграф ...   (15.02.2006 2:56:51) перейти в форум

Blind Wise Man: Ура хоть кто-то отозвался! А чего не хватает? И что такое с эпиграфом?   (16.02.2006 2:37:46) перейти в форум

Pockerman: А че, ниче!   (28.02.2006 8:52:21) перейти в форум

Неждан: Эпиграф ничуть не хуже произведения в целом. Да-а, влияние "Гибели богов" (а, может, "Воин великой тьмы"?) очевидно. Чего не хватает? По-моему, не хв...   (28.02.2006 9:28:57) перейти в форум

Blind Wise Man: Неужели все так предсказуемо?   (01.03.2006 2:28:05) перейти в форум

Vigo_san: Мне очень понравилось.   (05.11.2007 10:40:26) перейти в форум

KoNeko: Замечательное произведение, сильный язык. Пример, когда автор не просто рассказывает историю, а мастерски использует каждое слово для воспроизведения ...   (12.04.2008 6:37:33) перейти в форум

Ваш комментарий
От кого Логин   Пароль 
Сообщение
Можно ввести    символов
 
назад
Глас народа
Правила

Случайный автор

Лара


Случайное произведение

автор: Рожкова Мария


Форум

последнее сообщение

автор: Marie


актуальные темы


На правах рекламы

Сейчас на сайте
Веб-дизайн IT-Studio | Все авторские права на произведения принадлежат их авторам, 2002-2008