Портал молодых писателей Youngblood.ru Редакторы рекомендуют:
Грязь, надежда (эссе)
Отчего я не рафинад (стихи)
Ради любви... (фэнтези и фантастика)
кто-то играет на скрипке... (стихи)
Все, что оставили после себя Паула и Бруно (проза)
Человек-карточный фокус (проза)
А может, (стихи)
вход на сайт
    
регистрация
расширенный поиск
Новости Youngbloob в RSS-формате
О проекте
Произведения
Общение
Справочники

с миру по нитке

Афоризм дня

Любить писателя и потом встретить его – все равно что любить гусиную печенку и потом встретить гуся

(Артур Кестлер)

Rambler's Top100







Youngblood

Учебные материалы

 

Верлибр

Жанр рецензии

Художественная речь, литература как искусство слова

  комментировать страницу

Жорж де Бюффон: СТИЛЬ - ЭТО ЧЕЛОВЕК

Художественная речь и другие формы речевой деятельности.

Художественная речь вбирает в себя самые разные формы речевой деятельности. На протяжении многих веков язык художественной литературы определялся правилами риторики и ораторского искусства. Речь (в том числе и письменная) должна была быть убедительной, производящей впечатление; отсюда характерные речевые приемы - многочисленные повторы, «украшательства», эмоционально окрашенные слова, риторические(!) вопросы и т.п. Авторы соревновались в красноречии, стилистика определялась все более жесткими правилами, а сами литературные произведения часто наполнялись сакральным смыслом (особенно в Средневековье). В результате к XVII веку (эпоха классицизма) литература оказалась доступна и понятна довольно узкому кругу образованных людей. Поэтому с XVII века вся европейская культура эволюционирует от усложненности к простоте. В.Г. Белинский называет риторику «фальшивое идеализирование жизни». В язык литературы проникают элементы разговорной речи. Творчество А.С. Пушкина в этом отношении находится как бы на рубеже двух традиций речевой культуры. Его произведения нередко составляют сплав риторической и разговорной речи (классический пример – вступление к «Станционному смотрителю» написано в ораторском стиле, а сама повесть стилистически довольно проста).

Разговорная речь связана, прежде всего, с общением людей в их частной жизни, поэтому она проста и свободна от регламентации. В XIX – XX вв. литература в целом осознается писателями и учеными как своеобразная форма разговора автора с читателем, недаром обращение типа «мой любезный читатель» ассоциируется, прежде всего, именно с этой эпохой. Художественная речь нередко включает в себя также письменные формы внехудожественной речи (например, дневники или мемуары), она легко допускает отклонения от языковой нормы и осуществляет новации в сфере речевой деятельности (вспомним, хотя бы, словотворчество русских футуристов).

Сегодня в художественных произведениях можно встретить самые современные формы речевой деятельности – смс-цитаты, отрывки из электронных писем и многое другое. Более того, часто смешиваются разные виды искусства: литература и живопись/архитектура (например, сам текст вписывается в определенную геометрическую фигуру), литература и музыка (к произведению указывается саундтрек – явление, несомненно, заимствованное из культуры живого журнала) и пр.

Особенности языка художественной литературы.

Язык, естественно, присущ не только литературному творчеству, он охватывает все стороны окружающей действительности, поэтому постараемся определить те специфические особенности языка, которые делают его средством художественного отражения действительности.

Функция познания и функция общения – две основные, тесно связанные между собой стороны языка. В процессе исторического развития слово может изменять свое первоначальное значение, причем настолько, что некоторые слова мы начинаем употреблять в значениях, им противоречащих: например, красные чернила (от слова черный, чернеть) или отрезанный ломоть (отламывать), и т.п. Эти примеры говорят о том, что создание слова – это познание явления, язык отражает работу мысли человека, разные аспекты жизни, исторические явления. Подсчитано, что в современном употреблении используется около 90 тысяч слов. Каждое слово имеет свою стилистическую окраску (например: нейтральное, разговорное, просторечное) и историю, а, кроме того, слово приобретает дополнительный смысл от окружающих его слов (к о н т е к с т а). Неудачный в этом смысле пример приводил адмирал Шишков: «Несомый быстрыми конями, рыцарь внезапно низвергся с колесницы и расквасил себе рожу». Фраза смешна, потому что совмещены слова разной эмоциональной окраски.

Задача отбора тех или иных речевых средств для произведения достаточно сложна. Обычно этот отбор мотивирован образной системой, лежащей в основе произведения. Речь – одна из важных характеристик персонажей и самого автора.

Язык художественной литературы несет в себе огромное эстетическое начало, поэтому автор художественного произведения не просто обобщает языковой опыт, но и в какой-то мере определяет речевую норму, является творцом языка.

Источники языка писателя.

1. Многозначность слова.

Любое слово содержит в себе определенное самостоятельное значение, оно обозначает то или иное явление, действие, предмет, свойство или признак явления и т.д. Творчество хорошего писателя может служить примером большого и разностороннего словаря, состоящего из многих тысяч слов. Однако слово не сводится к его непосредственному точному значению. Нужно подчеркнуть существенное отличие значения слова и смысла слова. Значение слова точно и определенно, смысл его гораздо шире, поскольку явление, которое оно обозначает, выполняет в жизни ряд функций и обладает рядом свойств. На этом основана возможность употребления слова и не в его непосредственном прямом значении, чрезвычайно расширяющая словарь писателя.

Стихи стоят
свинцово тяжело,
готовые и к смерти,
и к бессмертной славе.
Поэты замерли,
к жерлу прижав жерло
нацеленных
зияющих заглавий.
Оружия
любимейшего
род,
готовая
рвануться в гике,
застыла
кавалерия острот,
поднявши рифм
отточенные пики.

(Маяковский)

В этом примере ряд слов взят не на основе их прямых значений, а по совершенно иным признакам. Очевидно, что стихи не могут стоять, рифмы – не пики и т.п. Перед нами ряд переносных значений слова: одно из свойств пики как вида оружия – то, что она может колоть, – переносится на рифму (в данном выше примере); легкость, подвижность кавалерии – на остроты и т.д.

2. Переносное значение слова.

Выше мы видели, что слово наряду со своим основным значением содержит еще и ряд смысловых значений, это подразумеваемые признаки явления, которые в нашем сознании с ним связаны, хотя мы и обращаем внимание, прежде всего, на основной признак. Мы можем употребить слово, выделив его вторичный признак, для характеристики какого-либо явления. Перенесение вторичного признака слова на другое явление и называется переносным значением слова, его обозначают греческим словом «троп» (оборот, образ).

Простейшим видом тропа является сравнение:

И слезы крупные мелькнули
На них [глазах], как светлая роса…

(Лермонтов)

Здесь пересекаются прямое значение слова слезы и вторичного слова роса – некоторые свойства росы мы переносим на слезы. В результате получается новое значение, позволяющее более конкретно, ярко одно явление при помощи перенесенных на него признаков другого.

Более сложный вид тропа – эпитет. В широком смысле эпитетом является определяющее, поясняющее понятие (не стоит забывать, что это художественное пояснение). С этой точки зрения выражение механические часы – определение, а роковые часы – эпитет. И в эпитете и в сравнении мы имеем дело с перенесением на одно явление свойств второго для более глубокого его осмысления. Здесь четко видна связь двух значений.

В метонимии замещение идет еще дальше: вместо упоминания об определенном круге явлений указывается лишь одно из них, за которым предполагаются остальные:

Выходит за дверь папироса «Дукат»,
И рядом с ней козырек.

(В. Инбер)

Имеется в виду, конечно, человек с папиросой во рту и рядом с ним – человек в кепке. Или: «Ползет ко мне навстречу фризовая шинель и под мышкой несет легавого щенка» (Тургенев).

Своеобразным проявлением такого же замещения является ирония, употребление слов в контрастном контексте: «Откуда, умная, бредешь ты, голова?» (Крылов). Здесь под умной головой подразумевается осел. На широком использовании иронии основан иносказательный, так называемый эзопов язык. Так Салтыков-Щедрин иронически обозначает словом аплодисменты пощечины:

- Ах, чтоб тебя!..
Раздаются аплодисменты.

Своеобразным видом метонимии является эвфемизм, в котором грубые выражения замещаются более сдержанными, смягчая форму, но не содержание:

Иная брань, конечно, неприличность.
Нельзя сказать: такой-то де старик,
Козел в очках, плюгавый клеветник,
И зол, и подл: все это будет личность.
Но можете печатать, например,
Что господин парнасский старовер,
(в своих статьях) бессмыслицы оратор,
Отменно вял, отменно скучноват,
Тяжеловат и даже глуповат,
Тут не лицо, а только литератор.

(Пушкин)

Вторая часть эпиграммы представляет собой эвфемистическую замену первой.

Такой же метонимической формой является гипербола – преувеличение: «Вы должны были испустить ручьи… что я говорю, реки, озера, моря, океаны слез» (Достоевский).

Противоположной гиперболе формой является литота – замещение по линии преуменьшения: «… имеет отличного повара, но, к сожалению, такой маленький рот, что больше двух кусочков никак не может пропустить» (Гоголь).

Наиболее полным видом замещения среди других тропов обладает метафора, в которой устранены двучленность сравнения и зависимость понятий друг от друга. В метафоре мы имеем дело с пересечением значений, основных и вторичных, по сходству или по контрасту, безотносительно к их реальной связанности. Метафора позволяет сближать самые разные явления, добиваясь разнообразнейших смысловых оттенков: «Пчела из кельи восковой летит за данью полевой» (Пушкин). Метафора, в отличие от метонимии, может быть развернута в сравнение.

С понятием метафоры связано понятие аллегории – перенесение значений одного круга явлений на другой (например, в басне, где животные замещают человека, за ними закреплен устойчивый ряд качеств: волк – жадность, лиса – хитрость и т.п.).

Существуют и другие тропы: оксюморон, построенный на перенесении контрастного признака (звучная тишина), олицетворение – персонификация (задумчивость, ее подруга) и др.

Нельзя сказать, хорош троп или плох, к нему нужно подходить с точки зрения художественной мотивированности, его конкретного выразительного смысла.

3. Интонация и синтаксис.

Различные виды переносных и прямых значений слова не исчерпывают возможностей использования писателем слова при создании образа. Сочетания слов между собой дают определенные смысловые модификации и оттенки не только по линии переносных значений, но и по линии различных соподчинений слов, их замены и т.п. Например: «Пришли мне, выражаясь языком Делиля, витую сталь, пронзающую засмоленную главу бутылки, т.е. штопор» (Пушкин). В данном случае прямое значение слова заменяется при помощи других прямых значений, описывающих свойства этого предмета – такой прием называется перифраз. Он может использоваться не только для создания комического эффекта.

Целый ряд оттенков вносит в художественную речь интонация. Интонационными средствами являются сила ударений, паузы, темп речи, повышение и понижение голоса, отчетливость, громкость, эмоциональность речи. Приблизительным отражением интонационных средств в письменном и печатном тексте является пунктуация – система знаков препинания. Величина фразы, ясность или запутанность ее построения, характер произнесения слов (вопросы, восклицания, спокойное повествование …) – все это является новым средством как характеристики языка персонажей, так и организации речи повествователя.

Когда Блок пишет:

Снежный ветер, твое дыханье,
Опьяненные губы мои…
Валентина, звезда, мечтанье!
Как поют твои соловьи…

То сама синтаксическая структура строфы, короткие задыхающиеся фразы, неполные, оборванные предложения – все это определяет ту выразительность, которую мы придадим строфе при ее восприятии.

В зависимости от интонационно-синтаксической организации речи меняется само представление о том или ином характере, изображаемом писателем. Сравним строки монологов из «Медного всадника» Пушкина – первый из них передает думы Петра, второй – мысли Евгения:

I. И думал он:
Отсель грозить мы будем шведу,
Здесь будет город заложен
Назло надменному соседу.

II. О чем же думал он? О том,
Что был он беден, что трудом
Он должен был себе доставить
И независимость, и честь;
Что мог бы бог ему прибавить
Ума и денег…

С одной стороны – твердая, повелительная интонация Петра, с другой – грустная, робкая интонация Евгения.

Интонация – это время и пространство живого слова. Мы не можем зачастую даже понять смысла фразы, не зная ее интонации, а, с другой стороны, можем догадаться о содержании разговора даже не зная языка – по самому тону произнесения слов.

4. Лексика.

Лексика писателя находится в прямой зависимости от богатства его жизненного опыта, культуры, общего и литературного кругозора. Одним из источников языка писателя является историческое прошлое и вышедшие из употребления слова – так называемые архаизмы:

Восстань, пророк, и виждь, и внемли,
Исполнись волею моей
И, обходя моря и земли,
Глаголом жги сердца людей.

(Пушкин)

Выделенные слова являлись устаревшими и для Пушкина, они усиливают общий возвышенный характер «Пророка». Архаизмы могут использоваться для усиления иронии, контраста, как форма индивидуализации персонажа. С этими же целями могут употребляться слова, имеющие распространение в каком-нибудь ограниченном регионе (диалектизмы) или существующие в различных профессиях (профессионализмы), в тех или иных социальных группах (например, жаргонные слова) и т.п. Введение их в язык литературного произведения должно быть мотивировано той или иной художественной задачей, характером, обнаруживающем себя и в языке: образ Эллочки-людоедки был бы не полон без использования в ее речи всем известных жаргонных выражений (хамите, парниша и пр.).

В развернутом виде отражение языковых особенностей той или иной среды приводит к стилизации:

… и мы вместе пошли бросить Loos, кому быть Soldat и кому не быть Soldat. Iohann вытащил дурной нумеро – он должен быть Soldat…

- Л. Толстой делает стилизацию речи немца-гувернера.

Иногда писателем вводятся слова грубо-бытового характера, ругательства и т.п. Употребление их требует внимания во избежание засорения языка, но в связи с определенным характером и они могут получить определенный художественный смысл, мотивировку. Наконец, одним из источников, обогащающих язык писателя, являются неологизмы – новые слова языка, появляющиеся благодаря новым явлениям окружающей действительности или создающиеся самими авторами (выхмуренный лоб – Маяковский).

Разумеется, вышеизложенные материалы представляют собой попытку обобщения только самых общих теоретических сведений о литературе как искусстве слова.

Основные источники: Тимофеев Л.И. Основы теории литературы, Хализев В.Е. Теория литературы.

Глас народа
Правила

Случайный автор

Мерцающий


Случайное произведение

автор: Юлия С.


Форум

последнее сообщение

автор: Marie


актуальные темы


На правах рекламы

Сейчас на сайте
Веб-дизайн IT-Studio | Все авторские права на произведения принадлежат их авторам, 2002-2008